Зыгин, Алексей Иванович

Зигін, Олексій Іванович (1896—1943) — генерал-лейтенант. Народився на Дону. Учасник першої світової війни. З 1918 р. — у Червоній Армії. Під час Великої Вітчизняної війни командував 58-ю, 39-ю та 4-ю гвардійськими арміями. Загинув біля с. Кирияківки Глобинського р-ну. На місці загибелі споруджено обеліск. Був похований у Петровському парку в Полтаві, у 1969 р. останки перенесено до меморіального комплексу Солдатської Слави. У місті встановлено Зигіну О. І. пам'ятник і його ім'ям названо вулицю і площу Полтави. 

Джерело:

Полтавщина: Енциклопедичний довідник (За ред. А.В. Кудрицького.- К.: УЕ, 1992). Стор. 292

Фото: http://pravda-ww2.livejournal.com/5185.html

 

Зыгин, Алексей Иванович [30.3(11.4).1896, слобода Б. Мартыновка, ныне Ростовской обл.,—27.9.1943], советский военачальник, ген.-лейтенант (1943). Чл. КПСС с 1919. В Сов. Армии с 1918. Окончил курсы «Выстрел» (1928). В авг. 1915 призван в армию, командовал ротой на Кавк. фронте, прапорщик. После Февр. революции 1917 пред, полкового комитета 2-го Карского крепостного полка. В дек. 1917 возглавил партиз. отряд, к-рый в февр. 1918 влился в Сов. Армию. В Гражд. войну участвовал в боях на Юго-Вост., Юж., Юго-Зап. и Кавк. фронтах ком-ром отряда, полка, пом. инспектора пехоты 10-й армии, нач-ком штаба и ком-ром бригады, пом. нач-ка штаба 1-го конного корпуса и нач-ком отдела штаба 2-й Конной армии. В послевоен. годы окружной воен. комиссар, комендант г. Ростов-на-Дону, ком-р стрелк. полка, комендант Благовещенского укрепрайона, нач-к Слуцких пех. курсов усовершенствования начсостава. Накануне и в начале Великой Отечеств, войны командовал стрелк. дивизией, с июня 1942 команд. 58-й, затем 39, 20 и 4-й гвардейской армиями на Зап., Калинин, и Воронеж, фронтах. Принимал участие в битве под Москвой, в Сычёвско-Вяземской, Ржевской, Ржевско-Сычёвской операциях. Погиб в битве за Днепр. Награждён орденом Ленина, 2 орденами Красного Знамени, орденами Кутузова 1-й степени и Красной Звезды. Похоронен в Полтаве.

Использованы материалы Советской военной энциклопедии в 8-ми томах, том 3.

Источник:

http://www.hrono.ru/biograf/bio_z/zygin.html

 

Так кто же был настоящим освободителем Полтавы —
Зыгин или Кулик?

Когда речь идет о «фальсификации истории», кое-кто забывает, что подлинная история войны еще не написана

23 сентября 1943 года Полтава была освобождена от немецко-фашистских захватчиков. Отмечая очередную годовщину, полтавчане в День города традиционно приходят и к памятнику генералу Алексею Зыгину, установленному на одной из центральных улиц, который является своеобразным символом этого события. Ведь именно Зыгина считают «официальным» освободителем Полтавы. Но был ли он им на самом деле? И почему оказался столь живучим один из советских мифов даже на местном уровне? Попробуем выяснить...

Несвоевременная правда

Помнится, несколько лет назад меня, редактора городской газеты, вызвал «на ковер» один местный начальничек. Не такой чтобы и большой, но «достаточный» для того, чтобы пришлось таки к нему пойти. Оказалось, поводом для неприятного разговора стал тот же Зыгин. Точнее, моя статья о нем в «Полтавском вестнике» — «Генерал Зыгин: человек и памятник», где автор имел «неосторожность» поставить под вопрос реноме генерала как освободителя Полтавы. Публикация крайне возмутила местную ветеранскую организацию, которая и «пронализировала наверх» о «неслыханном факте фальсификации истории войны». Каждый, правда, остался тогда при своем мнении, ведь никакие аргументы так и не смогли убедить моих оппонентов. Но сам хозяин кабинета несколько усомнился: «Оно, может, и правда... Но слишком уж не вовремя ты о ней написал!»

Вот с тех пор буквально по крохам вновь и вновь собирал я сведения о генерале Зыгине и наконец сегодня с полной уверенностью можно сказать: точка в этой истории поставлена! Другое дело, что миф об «освободителе Полтавы», наверное, будет жить еще долго.

Официальная биография генерала: Зыгин Алексей Иванович (11 апреля 1896—27 сентября 1943) — советский военачальник. В годы Великой Отечественной войны командовал несколькими армиями, генерал-лейтенант. Родился в слободе Большая Мартыновка Ростовской области. Русский. Участник первой мировой войны. С 1918 г. - в Красной Армии. Во время гражданской войны прошел путь от командира отряда до командира бригады. Великую Отечественную встретил на должности командира 174-й стрелковой дивизии, которую успешно вывел из окружения. Был награжден орденом Ленина, ему присвоено военное звание «генерал-майор». Командовал 186-й и 158-й стрелковыми дивизиями, которые участвовали в контрнаступлении под Москвой. В июне 1942 года назначен командующим 58-й армией, а позднее — сформированной на ее основе 39-й армией. В сентябре 1943 года генерал-лейтенант А. Зыгин принял командование 4-й гвардейской армией, которая участвовала в битве за Днепр. Погиб 27 сентября 1943 года во время подготовки к наступлению. Похоронен в Полтаве.

Что именно произошло 27 сентября?

На самом деле «принять командование» армией Зыгин так и не смог - он подорвался на мине на пути с аэродрома на командный пункт.

Вот как вспоминал об этом бывший командир 20-го гвардейского стрелкового корпуса, Герой Советского Союза Николай Бирюков:

«Вечером на наш командный пункт позвонили по телефону со штаба армии:

— Чем порадуешь, Николай Иванович? — услышал я очень знакомый голос.

— Зыгин? Алексей Иванович? Каким ветром?

— Назначен командующим вместо генерала Кулика!

Я доложил новому командующему об обстановке на фронте.

С Алексеем Ивановичем Зыгиным мы были давно знакомы — вместе командовали дивизиями в Уральском военном округе, потом вместе воевали на Западном фронте, вместе выходили из окружения под Ревелем и Великими Луками.

Значит, снова вместе будем бить врага! Однако случайности войны все повернули по-иному. Когда на следующий день генерал Зыгин собрался ехать, я попросил его не сворачивать с большака. Эта дорогая проверена саперами, по ней уже прошли танки и артиллерия. А проселки пока опасны...

— Еду в Бирки, и никуда больше, — ответил он.

Часа через две позвонил по телефону начальник штаба армии и с нескрываемым беспокойством спросил:

— Где командарм?

— Поехал на КП.

— Странно, его еще до сих пор нет...

Как выяснилось, он все же свернул с дороги — осмотреть высотку у села Кирияковки, намеченную под наблюдательный пункт. Машина подорвалась на двухъярусной мине с очень сильным зарядом... Зыгин погиб».

Бирюков свидетельствует, что узнал о назначении Зыгина за день до его смерти — вечером 26 сентября. Вероятно, именно тогда Зыгин и прилетел в район Кременчуга, а поскольку это было вечером, то командарм и заночевал у Бирюкова. Поэтому в воспоминаниях комкора есть одна неточность: он пишет, что Зыгин звонил ему из штаба армии, а на самом деле тот, несомненно, звонил с аэродрома, ведь до штаба он так и не доехал.

В пользу этой версии свидетельствуют и воспоминания Никиты Хрущева, который в то время был членом Военного совета фронта:

«Я сейчас даже не помню фамилии нового командующего 4-й гвардейской. Я его не знал и, в сущности, так и не смог с ним встретиться. Он погиб. Он полетел прямо в расположение армии, и не знаю, почему не заехал в штаб фронта. Когда же с аэродрома ехал на «виллисе» в штаб армии, то совершенно случайно подорвался на мине. Таким образом, какое-то время Кулик еще продолжал командовать. Сталин вскипел. Он позвонил и очень резко высказывал недовольство тем, что подорвался новый командующий. Можете себе представить: ехал на «виллисе» и наскочил на мину противника — значит, член Военного совета фронта виноват! Сталин упрекал меня, что я не берегу командующих армиями. А как можно уберечь? Мы все там ездили, и солдаты, и офицеры, и генералы, и маршалы. Это же война. А где лежит мина противника — она об этом не говорит».

Итак, можно не сомневаться, что Зыгин прилетел в район действия армии 26-го вечером, а на следующий день погиб. Таким образом, армией, как и пишет Хрущов, продолжал командовать генерал Григорий Кулик. Самого же Зыгина с почестями похоронили в Полтаве, которая к тому времени уже была освобождена от немцев, как, кстати, и вся область. Так что командарм прибыл на Полтавщину уже после ее освобождения, во время «передышки», связанной с подготовкой к битве на Днепре.

Два военачальника

Если символом освобождения Полтавы считать командующего 4-й армией, то на месте Зыгина должен был бы «стоять» упоминавшийся уже генерал Кулик. Но кто такой Кулик?


Маршал Г. И. Кулик

Григорий Иванович — один из первых маршалов Советского Союза, участник гражданской войны в Испании, воевал в финскую, а также руководил военной операцией 1939 года по «присоединению» Западной Украины, был удостоен звания Героя Советского Союза. Однако неудачи первых дней войны сломали карьеру маршала. Сталин постоянно бросал его «на прорыв», когда уже фактически ничего сделать было невозможно. Так, уже 23 июня 1941 года Кулик получает приказ выехать в штаб Западного фронта, однако сам маршал тогда едва не попал в плен и лишь через несколько недель сумел с группой бойцов выйти из окружения. Потом его бросали на прорыв блокады Ленинграда (с этим, кстати, перед тем не справился Ворошилов, а потом и Жуков). Наконец, именно Кулика сделали «крайним» и за неудачу в Крыму, хотя когда маршал прибыл туда, войска уже потеряли какое-либо подобие организованных формирований и единственное, что он успел сделать — организовать эвакуацию с возможно меньшими потерями.

Однако и здесь за все пришлось ответить Кулику. Тем паче, что к вождю первым пробился Мехлис, которому как представителю Ставки надо было на кого-то свалить всю вину...

Уже после смерти Сталина военная прокуратура, которая изучала дело Кулика, потребовала заключение Генштаба по поводу событий под Керчью в ноябре 41-го, которое лишь подтвердило слова Кулика: «В сложившихся условиях командование керченского направления, а также бывший маршал Кулик с имеющимися и очень ослабленными силами и средствами удержать город Керчь и изменить ход боевых действий в нашу пользу не могли...»

Но тогда, осенью 41-го, Сталин думал иначе. Сдача Керчи ему снова показалась изменой и Кулика отдали под суд. 16 февраля 1942 года военная коллегия Верховного суда (тройка под председательством печально известного Ульриха) признала его виновным в невыполнении приказа: маршала разжаловали, лишили всех наград, но, к счастью, не расстреляли...

Впрочем, здесь есть еще один весьма любопытный момент. Из решения суда вытекало, что Кулика разжаловали до... рядового (да и едва ли могли человека, лишенного всех (!) боевых наград, оставить генералом). Но когда в апреле 1943-го о Кулике (после его неоднократных обращений к Жукову) снова «вспомнили» и поручили командовать 4-й гвардейской армией, Главнокомандующий Сталин даже присвоил бывшему маршалу очередное военное звание... генерал-лейтенанта. Некоторые исследователи склонны считать: в Кремле просто «забыли», что Кулик — рядовой и «очередным» для него было бы звание «ефрейтор». И эту ошибку через месяц исправили, приняв «задним числом» соответствующее постановление о присвоении рядовому Кулику звания генерал-майора. А генерал-лейтенантом он уже был!

На полтавской земле

То, что 4-я армия была гвардейской, говорит само за себя. И то, что командовать ею поручили Кулику, — тоже. Впрочем, для нас важно и то, что наступала она именно на полтавском направлении, откуда родом был и сам бывший маршал. Очевидцы вспоминали, как волновался накануне Кулик. Когда колонна продвигалась ночью, он постоянно переспрашивал начальника штаба: «Так мы уже на полтавской земле или нет?» Под утро ему доложили: «На полтавской...» Кулик вышел из машины, сорвал какую-то травинку и долго шел молча... Говорят, когда генерал снова сел в машину, глаза у него блестели...

Вот что вспоминал о тех днях — накануне освобождения Полтавы — командующий 20-го стрелкового корпуса 4-й гвардейской армии Николай Бирюков:

«21 сентября на наш командный пункт, только что развернутый в одном из сожженных немцами полтавских сел, прибыли маршал Жуков и командующий армией Кулик. Выслушав мой рассказ о том, что противник приостановил отход и пытается закрепиться на удобном рубеже на берегах Ворсклы, генерал спросил:

— Твое решение?

— Целесообразнее сузить полосу наступления и прорывать фронт в направлении Шишаков. Оборона там подготовлена наскоро и не выдержит концентрированного удара...

Кулик посмотрел на маршала, тот одобрительно кивнул: «Давай!» И все в самом деле произошло, как мы и предполагали...»

Говорят, Кулика тогда было не узнать. В боях под Полтавой он, не обращая внимания на протесты подчиненных, сам «лез» в окопы, ложился за пулемет, генерала приходилось чуть не за мундир хватать, чтобы он лично не бросился в атаку!

Казалось, худшее уже позади. Но когда армия дошла до Днепра, Кулика в очередной раз... отзывают в Москву. Говорят, за него «замолвил слово» представитель Ставки Никита Хрущев, который, с одной стороны, чувствовал определенную вину перед бывшим главным артиллеристом страны, а со другой — ему не совсем нравилось то, что Кулик «путался под ногами», имел обо всем собственное мнение, забывая иногда, что он уже не маршал...

«Я ни в чем не виноват!»

Возвращение к Москве ничего хорошего Кулику не дало. Хотя опала, казалось, закончилась, и Кулика (впервые за всю войну!) даже наградили орденом Красного Знамени. В июне 1944 года постановлением Президиума Верховной Рады СССР ему «вернули» еще три ордена Красного Знамени и два ордена Ленина, а в феврале 1945 наградили третьим орденом Ленина. К этому времени Кулик был заместителем начальника ГУ формирования и комплектации войск Красной армии. Но когда победные салюты уже отгремели, за Кулика снова «взялись». Говорят, в Кремле не понравились некоторые «оценки» бывшим маршалом итогов войны, которые тот открыто высказывал в частных разговорах. Прямой и откровенный Кулик все еще не мог себе представить, что в СССР «все и вся» были «под колпаком», а разговоры даже в номерах гостиницы прослушивались. Под формальным предлогом «за бездеятельность» Кулика снова понизили до генерал-майора и даже исключили из партии, что было особенно опасно в те годы. Впрочем, беспартийный Кулик некоторое время еще работало заместителем командующего Приволжским военным округом, но 28 июня 1946 года генерал-майора отправили в отставку.

Между тем Сталин «ориентировал» своих приспешников — Берию и Меркулова — на самого Жукова, который начал казаться вождю слишком популярным в народе. Причем самого Жукова вроду бы и не трогали (Сталин все «обставил» так, словно его преследует Бермя, а сам он, наоборот, защищает маршала). Однако «параллельно» начали арестовывать генералов из окружения Жукова. Кольцо, как говорится, смыкалось. В конце 40-х попал в него и отставной Кулик, который как-то в Москве встретился со своим бывшим товарищем генералом Василием Гордовым (это он стал прототипом одного из героев пьесы Корнейчука «Фронт»). Боевые побратимы здорово выпили в гостиничном номере, вспомнили войну, заговорили о Сталине, Жукове...

А через несколько дней их обоих и бывшего подчиненного Гордова - генерала Филиппа Рыбальченко — арестовали. О том, что пережил в те дни Григорий Иванович, свидетельствует хотя бы такой факт: 23 августа 1950 года перед членами военной коллегии Верховного Суда СССР стоял высокий сгорбленный... старик с четырьмя (!) выбитыми зубами, который с трудом смог выдавить из себя: «Я ни в чем не виноват...» На следующий день Кулика, Гордова и Рибальченко расстреляли. Так закончилась жизнь человека, который участвовал в пяти (!) войнах, пять раз был ранен и погиб от выстрела палача в затылок.

Но и после смерти Сталина правду о Григории Ивановиче даже родным удалось узнать не сразу. Сначала им прислали «отписку», что ... «отбывая наказание, Г. И. Кулик скончался 8 января 1954 года». Лишь после обращений к маршалу Г. Жукову, который к тому времени стал министром обороны, дело сдвинулось. 28 сентября 1957 года постановлением Президиума Верховной Рады СССР Григорий Иванович Кулик был реабилитирован, ему «вернули» все награды, звания маршала и Героя Советского Союза.

И, в заключение, о «фальсификациях»

А теперь представим себе послевоенную ситуацию. Кулика нет — его будто никогда и не существовало на этой земле (единственное, в чем дали маху сталинисты — «забыли» переименовать «обратно» в Парасковиевку село в Полтавском районе, которое еще накануне войны в честь земляка назвали Куликово). Между тем в Полтаве была могила генерала Зыгина — командарма 4-й гвардейской, которая освобождала Полтавщину. Никто, конечно, и не вспомнил, что фактически это было лишь на бумаге (приказ о назначении вышел 22 сентября, попал генерал, как мы выяснили, на Полтавщину лишь 26-го вечером, а на следующий день погиб). И именно он «автоматически» стал «освободителем» Полтавы и Полтавщины. Причем во многих источниках еще до сих пор утверждается, будто Зыгин даже погиб... освобождая именно Полтаву! Нечего и говорить, что большинство обычных полтавчан до сих пор так и считает...


Памятник генералу А. И. Зыгину

Ведь в честь генерала Зыгина в Полтаве названа улица и площадь, а 1957 года ему установлен еще и памятник на центральной улице города — Жовтневой. Так что когда Кулика реабилитировали, этот памятник уже стоял, улица и площадь были, поэтому никто из местных партийных вождей не рискнул тогда «шевелить» опасную тему. Тем паче, что и самого Кулика реабилитировали «тихо», без особой огласки...

Так кто все это время фальсифицировал историю вокруг 4-й гвардейской армии и ее командующего Григория Кулика?

Впрочем, казалось бы, во времена независимости справедливость восторжествует и маршалу-земляку отдадут достойную дань уважения в Полтаве. Дело это, вероятно, должны были бы инициировать сами ветераны, однако их мнение, как правило, «представляют» ветеранские организации, руководители которых, по обыкновению, никакой истории, кроме «советской», к сожалению, не воспринимали и не воспринимают, а любые попытки сказать наконец правду о тех или иных фактах или конкретных людях называют «фальсификациями». Читаю гневный отзыв на давешнюю публикацию в «Полтавском вестнике»: «В своем неуемном стремлении переписывать историю автор замахнулся на святая святых... Призывает к разрушению памятников... На ниве истории хочет поссорить украинский и русский народы...». Дескать, в истории освобождения Полтавы хочет «заменить»... россиянина Зыгина украинцем Куликом. Вишь, куда гнут! И уже в самом деле думаешь: а, может, таки бывает она «несвоевременной» — правда? Может, мы до нее еще не доросли?

Но факт остается фактом. Генерал Зыгин, который был на полтавской земле всего один день и ни в каких боях здесь не участвовал, прославился именно как «освободитель Полтавы», упокоился здесь и имеет «свой» памятник, улицу и площадь... А маршал Кулик, который родился на полтавской земле, освобождал Полтаву и Полтавщину, до сих пор остается «разжалованным маршалом» и доподлинно неизвестно даже, где он похоронен. Считается, что на кладбище Донского монастыря в Москве — в братской могиле вместе с другими расстрелянными генералами. Забытый земляками...

Виталий СКОБЕЛЬСКИЙ
Полтава.

На снимках: памятник генералу А. И. Зыгину в Полтаве (фото автора); маршал Г. И. Кулик.

Источник:

Публикуется с согласия автора

Ссылки на эту страницу


1 Зигину А. И. памятник
Памятник А. И. Зигину
2 Зыгина улица
Улица Зыгина (бывшая Загородная, Киевский р-н)
3 Имена и события на карте Полтавы
[Імена та події на карті Полтави] - пункт меню
4 Личности - З
[Особистості - З] - пункт меню
5 Мемориальный комплекс Солдатской славы
Мемориальный комплекс Солдатской славы
6 Указатель улиц
[Покажчик вулиць]

Если Вы хотите поддержать сайт

Карта ПриватБанка:
5168 7556 1759 9598

WebMoney:

UAH

U424759725951

RUB

R595618315667

USD

Z159829102497

EUR

E256443352919