Полтавская битва 27 июня 1709 года

Павловский И. Ф. Полтавская битва 27 июня 1709 года (Репринтное воспроизв. издания: Типография И. А. Дохмана. Полтава, Александровская улица. 1908) — Х.: «Издательство САГА», 2009. — 64 с.

В электронной версии книги номер страницы расположен в тексте перед началом страницы. Рисунки расположены на той же странице, что и в оригинале, но перенесены в ближайший разрыв между абзацами.

Глава І.

Северная война до осады Полтавы.

Глава II.

Осада Полтавы.

Глава III.

Полтавский бой.

Глава IV.

 

Глава V.

 

Tого же автора

 

      3     

Глава І.
Северная война до осады Полтавы.

Полтавская битва составляет выдающийся момент в истории Северной войны, которую вел Петр Великий со Шведами 21 год (1700—1721 г.). Война эта, занявшая большую часть царствования Великого Преобразователя, явилась следствием положения Московского государства в XVII веке, выходила из тех задач и стремлений, которыми наполнена деятельность русских государей в течение XVI и XVII столетий. Московские государи стремились, с одной стороны, к полному объединению русского народа, с другой, необходимо было исправление южных и западных границ государства, совершенно открытых для внешних нападений, так как они не доходили до естественных географических пределов страны. Этим и объясняется ряд войн, веденных в XVII веке то с Крымом, то с Польшей, то наконец со Шведами. Петр В. вступив на престол, задался целью исправить южную границу, довести ее до берегов Азовского и Черного морей, но многие обстоятельства заставили его обратиться на с. запад, приобрести восточный берег Балтийского моря и тем исправить западную границу. Петр В., возбудив войну за владения, исконно нам принадлежавшие, нашел себе и союзников — Данию и Польшу, давно враждовавшие со Швецией. Так образовался союз трех государств против Швеции.

На Шведском престоле в то время был Карл XII, один из самых оригинальных и замечательных знатоков военного дела; этот противник обладал многими качествами, драгоценными для полководца. С самого раннего детства он обнаруживал горячую любовь к военному искусству, его любимым чтением в юности были жизнеописания Юлия Цезаря и Александра Македонского. Жажда подвига, стремление к необыкновенным приключениям и превратностям военной жизни, замечательная настойчивость и упорство в достижении раз задуманного, выносливость и закаленность его неприхотливой натуры — вот главнейшие черты, из которых складывался характер Карла XII. Начало его военной деятельности ознаменовано участием во многих сражениях, из которых он постоянно выходил победителем.

4


Петр Великий.

Современникам вполне естественно могло казаться, что неудача в сражениях для Карла и не существовала вовсе. Узнав о союзе, своих соседей, он немедленно двинулся к столице Дании Копенгагену и очень скоро заставил короля датского заключить мир. Затем Карл XII двинулся против польского короля Августа, который уже осаждал Ригу. Петр же, собрав войско, направился к берегам Финского залива, к Нарве, и приступил к укреплению этого города. Укрепления эти были растянуты на семь верст, отчего и защищать их было трудно. Русское же войско, притом, состояло, по большей части, из новобранцев и мало еще было знакомо с военным делом.

Как только узнал польский король, что Карл ХII идет против него, он перестал осаждать Ригу. Тогда Карл двинулся против Петра; напал на русских при Нарве, и разбил их. Шведы взяли

5

много русских в плен, им же досталась почти вся артиллерия. Карл XII после этой победы не считал Петра для себя опасным и потому не продолжал войны, а возвратился в Польшу для борьбы с Августом.

Как ни тяжело было Петру узнать о Нарвском поражений, но он не упал духом: "Я знаю, сказал он, шведы могут еще раз, другой, побить нас, но у них же научимся мы побеждать их!.." И слова эти оказались пророческими. И пока Карл XII воевал с польским королем, Петр заготавливал орудия, набирал солдат, обучал их. Подготовивши достаточно войско, русские решились уже напасть на шведские войска и первую победу одержали под предводительством Шереметева, при Эресфере. "Слава Богу, сказал Петр, мы можем, наконец, бить шведов". Победа эта очень обрадовала Петра. Для русской армии наступило время, когда она могла сомневаться в непобедимости шведов. Много пришлось пережить неудач, затруднений, тяжелых испытаний, прежде чем приготовить армию, годную сражаться со Шведами. В Польше Карл провел несколько лет.

Вскоре после битвы при Эресфере, тот же Шереметев одержал битву при Гуммельсгофе. После этого, Лифляндия оставленная шведами, начала постепенно переходить во власть русских. Шереметев, как выразился Петр, начал "преизрядно гостить в Лифляндии".

Убедившись, что войско его уже достаточно приготовлено, Петр задумал приобрести пункт на море, что было его заветной мечтой. Соединившись с Шереметевым, он направляет войско свое против шведской крепости Нотебурга (иначе Орешек) и овладевает ею. "Правда, пишет Петр Винниусу, главному надзирателю артиллерии, что зело жесток сей орех был, однако же, Слава Богу, счастливо разгрызен. Артиллерия наша зело чудесное дело свое исправила".

Нотебург был переименован в Шлиссельбург (ключ-город). Русские затем двигаются далее по Неве, захватывают маленькую крепость Ниеншанц и одерживают первую морскую победу. И вот, на одном из островов устья Невы, 16 Мая 1703 года был заложен город Петербург, новая столица русского государства.

Таковы деяния Петра В. в то время, когда Карл вел борьбу с Польшей. Петр Великий, приобретя пункт на море, был готов заключить мир, но Карл не соглашался и продолжал вести борьбу, желая свергнуть с престола Августа, с целью возвести Станислава Лещинского, человека ему преданного. Являлась необходимость и Петру оказать содействие своему союзнику, и Август, с помощью русского войска, взял Варшаву, а русские заняли всю Лифляндию и Литву.

6


Карл XII

В Польше Карл пробыл до 1708 года, когда решился идти против Петра. Сипы обеих противников в это время были в следующем положении: войска Карла XII, с которыми он готовился открыть военные действия против России, состояли из главной армии, предводимой самим королем (в армии было около 44 тыс., но из них 8 тыс. под начальством Красова были посланы для удержания в повиновении поляков королю Станиславу). Помимо этого, Левенгаупт, стоявший в Риге, имел 14 т., а Либекер, расположенный в Финляндии — около 12 тыс.

Главным силам Карла XII Петр противопоставил армию под командой Шереметева, численностью около 60—70 тыс. В Ингерманландии против Либекера было расположено войско, численностью до 20 тыс. под начальством Апраксина. Для прикрытия же Ингерманландии, со стороны Лифляндии, в Пскове стоял 5 тыс. кавалерийский отряд Бауера. Наконец, гетман Синявский, в помощь которому царь предполагал придать малороссийских казаков Мазепы, Мазепа должен был прикрывать Волынь и действовать против Польши южнее Полесья.

7


Гетман Иван Степанович Мазепа
(1644-1-1709)

Поход 1708 года ознаменовался двумя сражениями русских со шведами. 7 июня шведская армия собралась у Минска и двинулась к р. Березине, взяв трехмесячный запас провианта. Тогда же было послано повеление Левенгаупту собрать, сколько возможно будет, в Курляндии и Лифляндии продовольственных запасов, взять с собою огромное количество присланных из Швеции боевых припасов и со всем своим корпусом идти на соединение с армией Карла XII.

Так как отряд русских войск (Гольца) преграждал кратчайший путь через реку, то шведская армия повернула вправо и совершила беспрепятственно переправу через Березину, близ местечка Березина. Медленность движения шведов дала возможность русской армии во время стать на пути у неприятеля, у местечка Головчина. Позиция, занятая русскими, была невыгодна и сражение было ими проиграно.

Неудача эта заставила Петра I поспешить прибытием к армии из Петербурга, чтобы самому принять начальство над войсками. В ночь на 30 Августа нечаянное нападение русского отряда, под начальством кн. Голицына, при селении Добра, хотя и не удалось вполне и не имело большого влияния на ход военных действий, но являлось первой

8

попыткой русских перейти из обороны к наступлению против войск, имевших во главе самого Карла XII.


Адам Людвиг Левенгаупт
(р. 1659+1719)

Между тем положение Карла XII становилось затруднительным. В его армии, слишком долго оторванной от родины, стали обнаруживаться упадок духа и дезертирство. В сентябре шведы уже терпели сильный недостаток в провианте, и вместо хлеба, приходилось выдавать капусту и репу. Роты, бывшие вначале численностью до 150 человек, сильно ослабели от болезней и побегов, так что многие из конных рот едва насчитывали до 80 чел., а в некоторых не было и 50 человек. Солдаты питались преимущественно овощами и то без хлеба и соли, даже офицерам редко удавалось достать кусок мяса. Королю оставалось только возможно более выиграть время, чтобы соединиться с Левенгауптом, который должен был доставить жизненные и боевые запасы. С другой стороны, Мазепа, малороссийский гетман, опасаясь, чтобы царь не узнал о замышляемой им измене, настоятельно просил шведского короля поспешить в Украину. Гетман давно уже вел тайные переговоры с Карлом XII: он обещал королю, что малороссийский народ перейдет на его сторону, но ошибся, народ остался верен своему царю, только запорожские казаки с кошевым Гордиенко перешли на сторону Карла XII. Против своего обыкновения, Карл XII обратился к своим приближенным с вопросом, что ему делать? Шведские генералы единогласно советовали ему отступить обратно за Днепр и

9

дождаться там Ловенгаупта, но король не последовал этому совету и так как от Левенгаупта не было никаких известий, то Карл XII двинулся 14 сентября в Украину.


Генерал-фельдмаршал, граф Шереметев
(р. 1652+1717).

Движение шведов в Украину русские открыли очень скоро и тогда же началось преследование их русскими. Одновременно с этим было получено донесение о движении Левенгаупта на соединение с королем. Чтобы помешать этому соединению и лишить, таким образом, армию Карла жизненных припасов, сам царь двинулся на встречу Левенгаупту и при деревне Лесной произошло сражение. Левенгаупт потерял весь свой транспорт, всю артиллерию и около двух третей всего отряда. "Сия у нас победа, говорил Петр, может первая назваться, понеже над регулярным войском никогда такой не было, к тому же еще гораздо меньшим числом будучи пред неприятелем, тут первая проба солдатская была". Поражение Левенгаупта для армии Карпа XII было особенно чувствительно, так как Украина не могла ему дать продовольствия и боевых запасов, в которых чувствовался уже сильный недостаток.

Всю зиму 1708—1709 гг. Карл XII был постоянно тревожим русскими войсками, что еще более ослабляло и без того изнуренную и истощенную его армию. К весне 1709 года король собрал свои войска между реками Ворсклой и Пслом, при чем главная квартира Карла находилась в селе Будищи, близ Диканьки.

Русская армия к этому времени была разделена на две части: большая часть, под начальством Меньшикова находилась на левом

10

берегу Ворсклы, в окрестностях Ахтырки, а другая, под начальством Шереметева стояла на правом берегу реки Хорола, около города Миргорода. Таким образом, Карл XII со своим войском очутился в крайне невыгодном положении. Со всех сторон окружало его русское войско, преграждавшее ему пути отступления. От усиленных трудов и сильных морозов в рядах шведов оставалось уже не более 30 тыс. человек. Войско это, надо еще заметить, не встречало сочувствия со стороны местных жителей и жители Украины, вопреки уверениям и обещаниям Мазепы, далеко не были расположены помогать шведам. Неудовольствие в рядах солдат росло по мере того, как они убеждались, что в Украине не найти им спокойных квартир с изобильными запасами, а дисциплина, которой шведские войска могли всегда гордиться, заметно падала. Правда, Карл XII мог еще надеяться на содействие Турции и крымских татар, но, во всяком случае, эта надежда не могла быть сильна. Не смотря на все это, король упорно отвергал советы своих приближенных отступить в Польшу и, соединившись там с остальным шведским отрядом Красова и войсками польского короля Станислава, войти снова в связь со своим отечеством. На все доводы о необходимости такого рода действий, Карл XII, со свойственным ему упорством и настойчивостью, отвечал: "переход через Днепр будет похож на бегство и только придаст духу неприятелю".

Между тем, у русских тогда было значительно больше войска, чем у шведов, а по отношению к артиллерии, не может быть проведено даже никакого сравнения. Но не одним числом была сильна русская армия: она имела уже к этому времени искусных генералов, опытных офицеров и считала в своих рядах солдат, по большей части, прошедших продолжительную боевую школу. Дисциплина в армии крепла, доверие к своим силам также. Способ ведения войны, принятый Петром, состоявший в постоянных мелких нападениях на шведов отдельными отрядами и в уклонении от принятия решительного с ними сражения — как нельзя более был выгоден для русских и губителен для шведов.

Задачей Карла XII в таких обстоятельствах было всеми мерами принудить Петра к решительному сражению, благоприятный исход которого мог бы совершенно изменить печальное положение шведской армии. Главным образом, вероятно, эта мысль, а также надежда получить помощь со стороны Турции и короля Станислава и необходимость возможно скорее добыть жизненные и боевые припасы для своей армии — заставили Карла XII приступить к осаде города Полтавы.

      11     

Глава II.
Осада Полтавы.

Полтава лежит на правом, высоком берегу реки Ворсклы, близ устья реки Коломак. В этом месте Ворскла течет в низменной и широкой долине, покрытой в то время непроходимыми болотами. Это был очень незначительный городок, обнесенный земляным валом, с деревянной одеждой и палисадом. Укрепления эти были очень слабы; устроены они были, главным образом, для отражения набегов крымских татар. Но, в течение зимы, правда, они были исправлены, имея в виду прибытие шведов и были усилены некоторыми наружными пристройками. Гарнизон крепости состоял из 4000 ч. регулярного войска и 2500 ч. вооруженных жителей. Полтава была снабжена в достаточном количестве продовольствием, но боевых припасов было сравнительно мало. Комендантом крепости Петр назначил полковника Ивана Степановича Келлина. Выбор этот был замечательно удачен. Келлин явился доблестным воином-героем, умевшим отстоять крепость в течении почти трехмесячной осады. Личное свое мужество он умел передать и гарнизону. Значительное количество продовольствия заставило Карла XII приступить к осаде Полтавы, в чем убеждал его и Мазепа, настаивавший на ее взятии. Взявши этот город, король, по словам гетмана, приобретет много провианта, денег, а также и сукна на всю армию и, что по взятии ее, положение шведов должно измениться к лучшему.

Но судьба решила иначе. Осада Полтавы началась 1-го апреля 1709 года и продолжалась почти три месяца, до 27-го июня. 1-го апреля небольшой отряд шведов появился перед стенами города, но был отбит. Неприятель оставил убитыми 32 ч., а пленными 6 чел., со стороны русских было убито 6 и ранено 9 чел. На другой день, опять небольшой отряд шведов хотел приблизиться к городу, но его заметили и он должен был ограничиться нападением на сторожевой пост, выставленный за палисадом крепости. Это, несомненно, были предварительные разведки шведов с целью исследования наших сил и укреплений. 3 апреля, на рассвете, 1500 шведов, неожиданно подошли к крепости и с яростью бросились на штурм открытою силою. Распорядительность Келлина, умение его воодушевить свой гарнизон, помогли отразить это нападение. На другой день после этого штурма, шведы снова произвели атаку и опять были отбиты. Эти неудачи убедили Карла в невозможности взять Полтаву открытой силой и он приказал своему отряду начать осадные работы. Шведы, построив укрепления и вооружив их пушками, могли постоянно продвигаться вперед и, обстреливая город, не допускать, таким образом, его защитников производить вылазки. Но как только шведы начали рыть подступы (шанцы), то из полтавского гарнизона

12

был выслан отряд в 700 человек, в том числе рота гренадер, вступившие со шведами в жаркий бой — и, когда "неприятелю следовал сикурс" (помощь), то из крепости выступила еще партия в 700 человек для подкрепления первой и, сбив неприятеля, забрали все, инструменты. В этом бою было убито шведов 32 и ранено 27. Эта неудача сильно озлобила шведов. В следующую ночь они приступили к решительному штурму. Как настойчиво ни вели шведы этот штурм, но все таки были отбиты. Русские потеряли 62 убитыми и 9 ранеными, со стороны же шведов пало 427 чел. Таким образом, надежда Карла XII скоро и без особенных усилий взять Полтаву оказалась тщетною. Настойчивость и упорство шведского короля только сильнее разжигались этими неудачами, да и гарнизон Полтавы, руководимый доблестным защитником Келлиным нисколько не уступал в упорстве шведскому королю. В апреле месяце осажденные произвели 12 сильных вылазок, имевших больший или меньший успех. Против подкопа, веденного шведами под полтавский крепостной вал, осажденные, 23 апреля, повели подкоп и, вынув заложенный неприятелем порох, спокойно ожидали приступа. Карл XII снарядил 3000 чел. для приступа, приказав зажечь рукав подкопа и тотчас же, в ожидании взрыва, шведские войска пошли на приступ. Взрыва, конечно, не произошло, а шведы, не рассчитывая на это, слишком близко подошли к стене города и были отброшены дружными залпами полтавского гарнизона. Шведов было убито 60 чел.

Русские войска под начальством кн. Меньшикова находились на левом берегу Ворсклы и постоянными мелкими нападениями беспокоили шведов. Петра В. не было в это время в Полтаве, тем не менее, он был недоволен бездействием Меньшикова и не желал сдачи Полтавы неприятелю. Петр, поэтому, прислал кн. Меньшикову наставление, как отвлечь Карла от Полтавы. "Предлагаю я два способа, писал он, первый нападение на Опошню, где главная квартира неприятельская и тем диверсию учинить, а потом, подойдя к Полтаве и стать при городе по своей (левой) стороне реки, а когда возможно будет, то в городе людей и амуниции прибавить: прочее дается им на волю".

Военный совет, созванный Меньшиковым, порешил произвести нападение двумя отдельными отрядами на Опошню. Целью его было отвлечь Карла от Полтавы, но это не удалось. Шведы все таки удержались в Опошне. В это же время русским удалось провести в город вспомогательный отряд. Бригадир Головин, с 900 челов. солдат, переодев их в шведские мундиры, смело подошел к линии неприятельских осадных работ. Время было рассчитано так, что приближение русского отряда к линии шведов почти совпало с временем обычной смены охранительных караулов. Головин, приблизившись к первому неприятельскому караулу, на вопрос: "кто идет?" отвечал по-немецки,

13

что он ведет команду на осадные работы вблизи города. Его пропустили, и только под самыми стенами Полтавы, обман был обнаружен. Тогда Головин храбро бросился в город и штыками проложил себе путь до ворот крепости, потеряв 38 чел. убитыми и 32 ранеными. У шведов же погибло до 200 чел.

Столь смелый подвиг Головина привел в сильнейшую ярость шведского короля. Выхватив шпагу и махая ею, он кричал, что все, кто так опрометчиво пропустил русских в Полтаву, должны быть казнены, но потом, несколько успокоившись, с болью в сердце, сознался, и сказал: "я вижу, что мы научили русских военному искусству".

Видя необходимость прервать сообщение осажденных с армией Меньшикова, шведы построили линию укреплений по правому берегу Ворсклы, у подошвы горы, на которой расположена Полтава. Меньшиков, в свою очередь, приказал соорудить на противоположном, левом берегу реки несколько укреплений и не раз пытался войти в связь с гарнизоном, но безуспешно, чему препятствовали шведы.


А. Д. Меньшиков
(р. 1673+1729)

Петр В. следил за осадой Полтавы. Он был в это время в Воронеже, где вооружал флот на случай борьбы с Турцией. Петр опасался падения Полтавы. Он считал, что ее падение может произвести дурное впечатление на Украину, воодушевит шведов и придаст им больше мужества. С этой целью, Петр считал необходимым сосредоточить все силы около Полтавы для того, чтобы иметь возможность во всякую минуту поддержать и выручить полтавцев. В силу этого, Шереметев двинулся из Голтвы через Ворсклу и соединился

14

с Меньшиковым. В конце мая вся русская армия стала лагерем у села Крутой Берег, против самой Полтавы и начала строить фашинные мосты и плотины, чтобы открыть сообщение с городом.

1 июня шведы бомбардировали город, зажгли его и пошли на приступ. Пожар в городе отвлек часть защитников от крепостных валов и шведы этим воспользовались, взошли на вал, где и водрузили свое знамя. Неприятель готов был уже торжествовать победу, ударил в барабаны, но в это время часть гарнизона, отвлеченная пожаром в городе, бросилась на шведов и валы были очищены от неприятеля. Все явились на помощь утомленному гарнизону: старики, женщины и дети.

Карлу XII, видимо, боевое счастье начало изменять. Не надеясь на успех, он решился послать к коменданту Келлину своего барабанщика с письмом, где убеждал его сдать город; в противном случае угрожал истреблением всех жителей и самого города. Келлин созвал военный совет. Парламентеру этому было отказано и тотчас по удалении его, гарнизон, руководимый Келлиным, бросился на неприятельские осадные работы и захватил 4 пушки. 3 июня частью гарнизона были захвачены еще 2 пушки.

К началу июня положение гарнизона было незавидное. Из 6500 чел. защитников его осталось не более 5000 чел. с небольшим. Не ощущалось, правда, недостатка в продовольствии, но боевые припасы приходили к концу. Не было надежды и получить их. И это заставляет еще более уважать стойкого, решительного Келлина, умевшего, и в эти тяжелые дни, быть душою обороны и поддерживать мужество среди осажденных.

Петра В. еще не было, он только 4 июня прибыл в Полтаву из Троицкого укрепления (ныне Таганрог). Царь прежде всего постарался дать знать о себе полтавскому гарнизону. В письме, посланном в пустой бомбе, он благодарил гарнизон за его подвиги и сообщал, что, с помощью Божьей, он надеется вскоре избавить город от осады.

Трудно передать радость осажденных, более двух месяцев несших тяжелый труд обороны города. Это царское письмо было прочитано в ратуше и граждане порешили сражаться до последней капли крови и дали в этом торжественную присягу в храме, перед образом Пресвятой Богородицы. Всякого, кто оказался бы противником этой клятвы, было решено считать изменником и предать смертной казни.

На письмо царя, Келлин ответил "Яко же Апостол Фома, от зельныя радости, не уверился о воскресении Господнем, такоже и я, дондеже не узрю очима моими своего господа, входящего в полтавскую крепость, не иму веры". При этом Келлин добавляет, что в городе большой недостаток в боевых припасах. От имени гарнизона и жителей было отправлено царю письмо, написанное полтавским протопопом: "Господи, спаси ны погибающих, приди и не укосни, простри руку помощи и изьми ны из глубины обышедшихъ нас зол".

15

Петр В., ознакомившись с положением города, решил для отвлечения от него шведов, предписать гетману Скоропадскому нападать в тыл шведской армии со стороны реки Псла и выслать два отдельных отряда на правую сторону Ворсклы. Один из них был под начальством Рене, с 3 пехотными и несколькими драгунскими полками, и стоял выше Полтавы, в деревне Петровке, а другой — генерала Алларта — ниже Полтавы.

Положение Карла XII, с прибытием Петра В. сделалось хуже, что он и сам сознавал. Вот почему, Карл XII и решился обратиться за советом к своим приближенным. Он высоко ценил Левенгаупта и его дарования, хотя и был сердит на него, со времени поражения при Лесной. К нему то и обратился Карл XII в эти тяжелые дни, хотя он это редко делал, слишком был он самостоятелен.

16 июня, поздно вечером, когда Левенгаупт ложился спать, вошел к нему король и спросил, что делать? Левенгаупт ответил, что совета дать не может. Король долго молча ходил взад и вперед и снова, более ласковым образом, спросил еще раз. "Остается оставить осаду Полтавы и ударить всеми силами на неприятельский стан" ответил Левенгаупт. Ответ фельдмаршала не понравился королю.

— "Я слышал, сказал король, что русские хотят переходить через реку; поедем вместе верхом к реке". Это было в 11 ч. вечера 16 июня. Долго они ездили и только к рассвету, 17 июня, спустились еще ниже к реке; русские увидели их и начали стрелять. Карл на это не обращал внимания, прогулка под неприятельскими пулями всегда доставляла ему удовольствие, он называл ее "amusement а la moutarde". "Ваше Величество, говорил ему Левенгаупт, не оставайтесь здесь так долго. Без всякой причины нельзя выставлять на убой простого солдата, не то что королевскую особу". В этот момент пуля убила под Левенгауптом лошадь. "Ваше Величество, закричал падающий Левенгаупт, ради самого Бога, оставьте это место". "Bagatelle (т. е. пустяки) воскликнул Карл, вы получите другую лошадь". Карл поехал дальше, поехал за ним и фельдмаршал. Левенгаупт все старался убедить короля не подвергать себя напрасно такому риску. "Ваше Величество, сказал он, нельзя бесполезно губить солдат, не то, что генералов. Я поеду своей дорогой". Повернул лошадь и поехал в другую сторону, за ним последовал и король. Но Карл XII недолго следовал за ним, он скоро опять начал ездить вдоль берега то взад, то вперед, и при повороте его лошади, неприятельская пуля задела ему пятку левой ноги, прошла вдоль подошвы и засела между ножными пальцами. Карл не обратил на это внимания. На пути встретился Левенгаупт. "Ах, Ваше Величество, сказал он, сталось таки то, чего я так боялся и что предрекал". "Ничего, отвечал король, это только в ногу; пуля в ноге застряла, но я велю ее вырезать". Но Карл не доехал в стан, а направился к

16

траншеям, где отдавал приказание генералам Спарре и Гипенкроку.

Между тем рана произвела воспаление, нога начала пухнуть и поневоле пришлось обратиться к хирургу. Хирург произвел операцию. Карл не кричал, не стонал от боли, но даже ободрял хирурга. "Режьте живее, говорил он, это ничего". Тем не менее, рана заставила короля, против его воли, пролежать несколько дней в постели и приостановить деятельность осаждающих.1)

1) Карлу очень хотелось овладеть Полтавой, утвердиться здесь и ждать Лещинского и Красова. Но с этим не были согласны Пипер, Реншильд, Гилленкрок и другие генералы, убеждавшие его вновь отправиться в Польшу, где подкрепить свою армию соединением с Лещинским и корпусом Красова. Но Карл был непреклонен. "Этот переход будет похож на бегство и только придаст духу неприятелю, говорил он". Сохранился интересный разговор Карла с Гилленкроком. Карл: вы должны все приготовить к нападению на Полтаву, вы должны вести осаду и сказать нам, в какой день мы возьмем крепость; так делал Вобан во Франции, а ведь вы наш маленький Вобан. Гилленкрок: я думаю, что и сам Вобан призадумался бы, если бы увидал, как здесь у нас, недостаток во всем, что нужно для осады. Карл: у нас довольно материала, чтобы взять такую ничтожную крепость, как Полтава. Гилленкрок: крепость не сильна, но в ней 4000 гарнизона, кроме казаков. Карл: русские сдаются при первом пушечном выстреле с нашей стороны. Гилленкрок: а я думаю, что русские будут защищаться до последней крайности и пехоте вашего величества сильно достанется от продолжительных осадных работ. Карл: я вовсе не намерен употреблять на это мою пехоту, а запорожцы Мазепины на что? Гилленкрок: но разве можно употреблять на осадные работы людей, которые не имеют о них никакого понятия, с которыми надо объясняться через толмачей и которые разбегутся, как скоро работа покажется им тяжелой и товарищи их начнут падать от русских пуль. Карл: я вас уверяю, что запорожцы сделают все, чего я хочу и не разбегутся, потому что я буду им хорошо платить. Гилленкрок: но с нашими пушками ничего нельзя сделать и придется добывать крепость пехотой, которая при этом окончательно погибнет. Карл: я вас уверяю, что штурм не понадобится. Гилленкрок: в таком случае я не понимаю, каким образом город будет взят, если только необыкновенное счастье нам не поблагоприятствует. Карл (смеясь): да, мы должны совершить необыкновенное, за это мы пожнем честь и славу. Гилленкрок: боюсь, чтобы это все не окончилось необыкновенным образом.

Гилленкрок отправился к Пиперу с просьбой отклонить короля от его намерения. "Вы также хорошо знаете короля, как и я, отвечал Пипер: вы знаете, что если он раз принял какое нибудь решение, то уже нъет никакой возможности заставить его принять другое". Пипер также говорил с Карлом, на что получил ответ: если бы Бог послал ангела набеснаого с приказанием отступить от Полтавы, то я бы и тогда не отступил (Соловьев — история России т. 15. 372—373 стр.).

Цель Петра отвлечь внимание шведов от Полтавы не удалась; русской армии нельзя было войти в непосредственную связь с осажденными. А положение осажденных было с каждым днем все хуже и хуже... Ощущался крайний недостаток в боевых припасах. Петр В. знал это и, созвав военный совет, предложил для решения вопрос: можно ли отважиться на генеральное сражение и нет ли других средств для освобождения Полтавы?... На нем решено было, не вступая в сражение, попытаться подойти к городу с помощью окопов. Но, к сожалению, болотистая местность, река и окопы шведов, шедшие в

17

перпендикулярном направлении к русским, заставили скоро отказаться от этого намерения.

А из города было получено Петром В. письмо (через перекинутую бомбу) с извещением, что пороху у осажденных не более, как на две недели. Это важное обстоятельство заставило Петра В. вторично созвать военный совет, где снова был предложен вопрос: "можно ли обойтись без решительного сражения". Тут то и решена была Полтавская битва, так как единственным средством спасти Полтаву считали генеральное сражение с армией Карла. И с этого момента, Петр начал к нему готовиться. 19 июня вся русская армия выступила из своего лагеря, у с. Крутой Берег, и двинулась вверх по Ворскле, к д. Черняхово.


Гетман малороссийский
Иван Ильич Скоропадский

В то же время было предписано гетману Скоропадскому идти через село Будищи на соединение с главными силами. Для того, чтобы обеспечить себе переправу на правую сторону Ворсклы, еще до рассвета, 18 июня, царь дал повеление генералам Алларту с 12 пехотными полками и Ренне с 3-мя пахотными и 12 драгунскими полками, двинуться к деревне Петровке и укрепиться, перейдя реку, на правой ее стороне. Это не ускользнуло от Карла, желавшего помешать этому, но тщетно. Отряды эти все таки утверждались в окопах к ю. з. от деревни "Петровка".

Есть предание, что Карл, узнав об этом, с грустью сказал Реншильду: "В Силезии, Саксонии и Польше моя армия постоянно усиливалась и делала все, что хотела; Дания, Пруссия и Цезарь не смели ничего предпринять противного мне и вся Европа трепетала от моего оружия, но теперь

18

Москвитяне уже имеют успех и все мои предприятия и намерения обращают в ничто".

20 июня вся армия по мосту в дер. Петровке и трем бродам между Петровкой и Семеновкой перешла на правую сторону Ворсклы и стала в укрепленном лагере, на высотах, к северо-западу от дер. Семеновки.

Приближение русской армии к Полтаве делало еще тяжелее положение шведского короля. 21 июня шведы снова пытались подорвать крепостной вал, но осажденные, как и ранее, успели заметить это и вынуть из подкопа порох. Штурм 21 числа продолжался весь день и, возобновленный на рассвете следующего дня, окончился ночью; перерыв продолжался только с вечера 21 чис. до рассвета 22 числа. Не смотря на это, шведы, не раз всходившие уже на городской вал, были везде отбиты со значительным уроном. 22 июня, Карл, приведя в порядок свои войска, назначил решительный штурм крепости. Он отдал приказ во чтобы то ни стало взять Полтаву. Шведы стремительно, во многих местах, бросились в атаку на крепостной вал и развернули свои знамена. Полковник Келлин и все штаб-офицеры бросились вперед и примером своим так воодушевили защитников города, что шведы были отбиты с большим уроном. Этот штурм продолжался до 2 часов ночи и кончился неудачно для шведов. Шведы отступили, чтобы подкрепить свои расстроенные ряды свежими силами. Не прошло и часу, как они опять пошли на приступ. В городе ударили в набат и весь гарнизон устремился на городские валы. Это был последний приступ, самый ужасный, стремительный, — это была последняя попытка неприятеля взять город. На защиту явились женщины, старики, дети и все бились наравне с солдатами гарнизона, бились тем, что попадалось под руку: косы, топоры, камни, колья — все было страшным оружием в руках доблестных полтавцев.

В 4 часа штурм окончился поражением шведов. За эти два дня, 21 и 22 июня, осажденные потеряли почти 1300 человек убитыми и ранеными, а шведы в первый день 500, а во второй 1700 человек.

После этого штурма, все граждане сошлись в храм для принесения благодарственной молитвы за избавление города и для испрошения помощи в ожидании нового приступа.

Сохранилось предание, что кто-то из граждан города высказал свое мнение о необходимости сдачи города шведам, если повторится еще такой же приступ, так так войско и все жители слишком ослабели и уменьшились в числе для того, чтобы устоять и защитить город. Но слова этого гражданина вызвали сильнейшее негодование. Граждане Полтавы, дав ему приобщиться Св. Тайн из рук протопопа, вывели его из храма и тут же, как изменника, побили камнями и кольями до смерти.

Но, к счастью для Полтавы, Карл XII не возобновлял более попыток взять город. Обе стороны готовились к решительному бою.

Прошло несколько дней и "грянул бой, Полтавский бой".

      19     

Глава III.
Полтавский бой.


Полтавское сражение

Петр Великий, предполагая дать сражение в день своего тезоименитства, 29-го июня, когда ожидал прибытия калмыков, отдал все распоряжения, но Карл XII его предупредил. 25 числа к русским перебежал поляк, известивший о наступательном движении шведов, и сообщил, что бой предполагается 27 июня. "Ну что ж!.., сказал Петр, на начинающего Бог". И в тот же день русская армия подвинулась к Полтаве и расположилась лагерем в трех верстах от прежнего (на месте нынешнего лагеря кадет Петровского Полтавского кадетского корпуса). Новый лагерь, формы четырехугольного редута сильной профили, замыкался с тыла крутым спуском к р. Ворскле; правый фланг был прикрыт ложбиною, отделявшей его от равнины, на которой находился прежний лагерь; левый упирался в лес села Яковцы, который тянулся до полтавского Крестовоздвиженского монастыря. Перед фронтом лагеря версты на две простиралась открытая равнина, и далее шел лес села Малые Будища. Между этим лесом и яковецким оставался промежуток около версты. Одновременно с работами по укреплению лагеря, царь приказал построить на этом промежутке шесть отдельных редутов, на расстоянии ружейного выстрела один от другого.

20

Ко дню сражения русскую армию составляли 58 батальонов пехоты, 17 полков конницы и 72 орудия, общей численностью около 42 тыс.

Желая вполне обеспечить успех сражения, Петр приказал гетману Скоропадскому, стоявшему в тылу шведов, на правом берегу реки Псла, немедленно примкнуть к главной армии и тем еще больше усилить численное превосходство своих войск.

Шведская армия располагала на месте сражения 26 батальонами пехоты и 22 полками кавалерии при 4 орудиях. Общая численность шведов не превышала 27 тысяч, из числа которых около 4 тысяч с артиллерией были оставлены — 1 1/2 тысячи для охраны обоза, 1 1/2 тыс. конницы для содержания сторожевых постов по Ворскле до Днепра и около тысячи в траншеях под стенами Полтавы.


В. В. Долгорукий


М. М. Голицын

Такова была сила, противопоставленная Петром испытанной и устроенной армии Карла. Русской военной силой, страдавшей большими недостатками и терпевшей от своих неустройств, командовали храбрые, искусные и честные люди, беззаветно преданные Петру и его мудрой воле, одухотворенные мощными деяниями царя и засвидетельствовавшие уже свои доблести на полях сражений. Они явились достойными истолкователями идей и замыслов царя Петра и добросовестными начальниками своих полков. Это были: благоразумный и основательно знающий военное дело фельдмаршал гр. Б. П. Шереметев (русский Тюренн), решительный и деятельный князь А. Д. Меньшиков,

21

соединявший отвагу с осторожностью кн. М. М. Голицын, хладнокровный и храбрый кн. А. И. Репнин, превосходный кавалерист Бауер, искусный инженер и артиллерист А. В. Брюс.

А над ними возвышалась могучая вдохновенная фигура Великого Петра, с его всеобъемлющим творческим умом, непреклонной волей и безграничной преданностью горячо любимой им России. Присутствие его одного могло уже служить залогом успеха.


Я. В. Брюсс


А. Репнин

Согласно диспозиции, отданной утром 26-го числа, русская армия расположилась на избранной для боя позиции следующим образом: передовые редуты были заняты двумя батальонами пехоты под начальством генерала Августова, сзади них стали 17 полков конницы генералов Ренне и Бауера, под общим начальством кн. Меньшикова; шесть полков кавалерии кн. Волконского были отделены и поставлены правее общего расположения для связи с казачьим отрядом гетмана Скоропадского, который еще не успел прибыть к полю сражения; 56 батальонов пехоты и вся артиллерия, под общим начальством царя расположились в укрепленном лагере.

Карл XII подробной диспозиции не дал, но приказал пехоте идти в 4 колоннах, а кавалерии сзади в 6-ти. Вследствие раны он не мог сам командовать и вместо себя назначил главнокомандующим фельдмаршала Реншильда.

Для охраны тыла и занятия траншей под Полтавой назначены были гетман Мазепа и атаман Гордиенко с запорожскими казаками и

22

частью регулярных войск. От Полтавы до Переволочны были устроены по Ворскле 4 поста для обеспечения отступления.


Петр В. в сражении

Готовясь к сражению, Петр обратил внимание и на подъем нравственных сил своей армии. Накануне сражения он объезжал войска, вызывал офицеров, и говорил им о важности предстоящего сражения, о самонадеянности шведского короля, желавшего унизить Россию и разделить ее на малые княжества, о привлечении Карлом на

23

свою сторону Мазепы и о стараниях шведов призвать на Россию крымского хана и турецкого султана.

"Король шведский и самозванец Лещинский, говорил Петр, привели к своей воле изменника Мазепу и клятвенно утвердились отторгнуть Малую Россию, учинить из оной независимое княжество под властью того изменника, присоединив к оному Волынь и подчинив ему же, Мазепе, казаков запорожских и донских. Такою надеждою польстившись, изменник уповал собрать войска казацкого до двухсот тысяч, подкупил Порту, крымского хана и орды на нас и для исполнения сего злоумышления призвал в Малороссию короля шведского со всеми его силами, и Лещинского, поспешившего уже в соединение с ним с 2500 польских войск. Но помощью Божьей, казацкие и малороссийские народы вразумлены, остались нам верными, шведского войска через разные победы и лютость прошедшей зимы истребилось до половины, войска Лещинского побиты и разогнаны, султан мир с нами подтвердил и от помощных войск им отказал, хану и ордам соединяться с ними строго воспретил, и ныне неприятельского войска против нас осталось только 34 полка и те неполные, изнуренные, оробевшие. Остается над сими оставшими довершить вам победу. Порадуйте же, товарищи! Вера, церковь и отечество сего от вас требуют".

Остановившись против гвардейских полков, Петр обратился к собравшимся офицерам и сказал им: "Вы были самовидцы, колико дерзкие неприятели храмов Божьих православного нашего закона оскверняли, попирая ногами святыню, на которую зреть недостойны; ругаясь обрядам святым и посмеиваясь истинной нашей вере. Вам известно, что кичливый и прозорливый их король войску своему расписал уже в Москве квартиры; генерала своего Шпара пожаловал уже генерал-губернатором московским и любезное наше отечество определил разделить на малые княжества и, введя в оное еретическую веру, совсем истребить. Оставим ли такие ругательства и презрение наше без отомщения? Да не будет!".

На эту речь ответил герой Готебурга и Лесной, князь М. М. Голицын. "Великодержавный Царь-Государь! Ты видел труд и верность нашу, видел храбрость добрых твоих солдат на Левенгауптской баталии, когда через целый день в огне стояли, шеренг не помешали и пядени места не уступили; четыре раза от стрельбы ружья разгорались, четыре раза сумы и карманы патронами наполняли; ныне же войско то же и мы рабы твои те же. Уповаем на Бога такой же иметь подвиг и ныне, как и тогда".

Петр, уклоняя шпагу, сказал: "Уповаю!..." и поскакал далее к дивизии Алларта, где, обращаясь к офицерам, снова говорил им речь: "Порадуйте же товарищи; вера, церковь и отечество сего от вас требуют".

24

Крики "да погибнет неприятель" были ответом на царские слова. 26 числа войскам был прочитан знаменитый по своей мысли, силе и краткости воинский приказ — тот бессмертный памятник величия души Петра и любви его к своей родине.


Карл XII в сражении

"Воины!... се пришел час, который должен решить судьбу отечества. Вы не должны помышлять, что сражаетесь за Петра, но за государство, Петру врученное, за род свой, за отечество, за православную нашу веру и церковь. Не должна вас также смущать слава неприятеля, яко непобедимого, которую ложно быти вы сами победами

25

своими над ним неоднократно доказали. Имейте в сражении перед очами вашими правду и Бога, поборающего по вас; на Того Единого, яко всесильного в бранех, уповайте; а о Петре ведайте, что ему жизнь не дорога, только бы жила Россия в блаженстве и славе для благосостояния вашего".


Реншильд

Карл ХІІ также объезжал войска свои, говорил с офицерами, но в ином духе; он напоминал им одержанные победы и приглашал их на пир в шатре московского царя. "Он приготовил нам много кушанья, говорил Карл, идите же завтра туда, куда ведет вас слава!".

Карл сильно страдал от раны, и эти страдания увеличивались еще нравственным угнетением, так как его мнимые друзья не оказывали ему активной помощи. Отправив еще осенью полковника Сандулла в Константинополь для возбуждения Порты против России и полковника Клинкострема к королю польскому Станиславу, Карл увидел, что ожидать помощи от них напрасно. Не теряя, однако, присутствия духа, Карл ободрял свои полки, внушал веру в свои силы и победу, в которой, как говорил он после Лесной, "русские будут раздавлены под пятою шведского короля". Обратившись к генералу Шпарру, Карл сказал: "Поздравляю вас московским губернатором"!.

Было уже около 2 часов ночи. Карл снова показался перед фронтом и, повернувшись к Реншильду, подал знак рукою и

26

громко сказал: "Начинайте с Богом!". И шведская пехота в четырех, а сзади кавалерия в шести густых колоннах двинулись стройными колоннами против линий шести редутов, в расстоянии от них не более двух верст. С приближением их, русские открыли огонь из редутов. Шведы шли непоколебимо, огонь противника не остановил их.

"Поутру весьма рано, почитай при бывшей еще темноте", как писал Петр, неприятельская армия подошла к нашей позиции.


Карл XII в сражении

Правая ее колонна, под начальством Розена, бросилась на передний еще не оконченный редут и, поражая штыками, овладела им.

27

Та же участь постигла и следующий редут и затем шведы встретили упорное сопротивление. Колонна Розена, желая избегнуть огня сзади стоящего редута и, полагая зайти с тыла, взяла вправо, и таким образом между шведской пехотой образовался промежуток. В это время с левого фланга раздался крик: кавалерия вперед!... и большая часть шведской конницы, без приказания своих генералов, пронеслась к правофланговой колонне генерала Поссе и сквозь линию редутов бросилась в атаку на русскую конницу князя Меньшикова и генерала Бауера. Завязался сильный упорный кавалерийский бой. Сперва часть русской конницы вынуждена была к отступлению шведскими кирасирами, но затем русские повели атаку, и кавалерия бросилась искать спасения за своей пехотой, огонь которой принудил и русскую конницу прекратить свои атаки. У шведов было отнято 14 знамен и штандартов и одним из первых наших трофеев был шведский кирасирский штандарт, взятый полковым каптенармусом нижегородского драгунского полка Аврамом Антоновым.

Петр Великий, увидев, что за кавалерией следует шведская пехота, приказал генералу Бауеру начать отступление конницы с тем, однако, условием, чтобы уклоняя свой правый фланг, примкнуть к правому флангу укрепленного лагеря.


Сцена из полтавской баталии Н. Каразина

Между тем шведская конница, обреченная на бездействие и совершенно расстроенная, устраивалась в тылу своих войск. Шведская же пехота тем временем вела ожесточенный бой за овладение редутами, но русские настолько упорно обороняли их, что фельдмаршал

28

Реншильд принужден был отказаться их взять и приказал своей пехоте без боя во что бы то ни стало пройти между ними.

Шведы, под непосредственной командой Левенгаупта, быстро это исполнили. Развернувшись в боевой порядок, они, не смотря на сильный ружейный огонь с редутов, прошли между ними вслед за отступавшей нашей конницей. За дымом и пылью, за массами отступающей кавалерии, увлекаемые движением вперед, шведы придвинулись к русскому укрепленному лагерю, на расстояние 30 саженей. Здесь они были встречены убийственным огнем русских. Из всех орудий, стоявших в укреплении, был открыт сильнейший картечный огонь. Шведы были вынуждены броситься от лагеря влево, чтобы укрыться от огня и переменить фронт боевого порядка под прямым углом. Они отошли к будищанскому лесу перед фронтом русского лагеря и здесь начали восстанавливать порядок в своих расстроенных рядах.


Сцена из полтавской баталии Н. Каразина

Между тем колонна Розена, в составе 6 батальонов, не получив вероятно, своевременно приказаний, продолжала атаку редутов. Будучи отдалена от своей армии на значительное расстояние, колонна оказалась в критическом положении. Заметив это, Петр приказал Меньшикову с 5 батальонами и 5 полками драгун атаковал Розена. К этому времени и Реншильд успел со своей стороны послать на помощь Розену 6 полков кавалерии под начальством генерала Шлипенбаха. Розен, между тем, потеряв много людей при атаке редутов, поспешил укрыться в яковцовском лесу, лежавшем южнее укрепленного лагеря. Меньшиков с конницей атаковал Розена

29

в лесу и здесь нанес ему решительное поражение. Остатки шведской колонны спешили спастись бегством в траншеях под Полтавой. Меньшиков поручил преследование ее пехоте под командой Ренцеля. Последний заставил Розена положить оружие с большей частью войск, оставленных Карлом для штурма крепости; остальные шведы и казаки разбежались, а с ними бежал и Мазепа. Часть регулярных войск с артиллерией отступила вниз по Ворскле, к Переволочне и, таким образом, путь в Полтаву был открыт, и участь осажденных в ней была близка, в случае победы Петра, к скорому освобождению.

Меньшиков с кавалерией вернулся тем временем на поле сражения, где картина боя изменилась. Шведская пехота устроилась на опушке будищанского леса, а в то же время Петр, в ожидании атаки главной армии противника, вывел часть своей главной армии и поставил на флангах укрепленного лагеря, рассчитывая, что когда шведы поведут атаку на редут, представится возможность ударить их в оба фланга.

Время шло, было уже почти 8 часов утра, а шведы медлили наступлением, ожидая, вероятно, прибытия колонны Розена или, может быть, вспомогательного отряда Мазепы, которому было послано приказание присоединиться к главным силам армии. Видя нерешительность противника и, пользуясь первой его неудачей, царь сам решился атаковать шведов, для чего отдано было следующее распоряжение. Полкам дивизии Меньшикова: гренадерскому, лефортовскому, ренцелеву, троицкому, ростовскому и апраксинскому предписано было остаться в укрепленном лагере, в общем резерве. К ним присоединено было по несколько человек из прочих дивизий, под начальством генерал-майора Гинтера и полковника Боя.

Воины этих полков со слезами молили Петра не отделять их от армии. "Мы, надежа Государь, говорили они, ни в чем не провинились перед тобою. Мы несли равные с другими труды и тягости и ожидали с нетерпением сего дня. За что же отлучаемся от них"?...

"Дети!... сказал им Петр, вы ни в чем, конечно, не проступились; но надобно вам охранять ретраншамент и молить Бога о победе; вы равную с сражающимися получите милость мою и награду".

Боевую часть составили 40 батальонов пехоты, 17 полков кавалерии и вся артиллерия, расположенные впереди и по флангам редута в следующем порядке: дивизия генерал-лейтенанта князя Голицына, в числе 12 батальонов и в составе пехотных полков преображенского, семеновского, ингерманландского и астраханского, расположились на правом фланге боевого порядка под прикрытием 11 полков кавалерии генерал-лейтенанта Бауера; в числе этих частей находился и самый старейший, ныне драгунский, полк, доблестный нижегородский. Начальником правого фланга позиции был назначен

30

генерал-фельдмаршал Шереметев. Генералы Вейсбах, Шомбург и Бем и полковник кн. Долгоруков командовали различными частями боевой линии.

В центре, в две линии, расположились 16 батальонов дивизии кн. Репнина. В составе первой линии вошли 2 батальона гренадер, два батальона киевского полка, два батальона нарвскаго, один шлисельбургскаого, один новгородского и один бутырского. В состав второй линии вошли два батальона белгородского полка и по одному батальону киевского, нарвского, шлиссельбургского, новгородского и бутырского пехотных полков. Начальником первой линии был назначен бригадир Августов, второй — бригадир Феленгейм. Участки позиции, распределенные между бригадирами Нечаевым, Левом и Полонским, находились под командой начальника центра — самого царя, объединявшего в то же время начальство над всеми войсками, находящимися на поле сражения.

Кн. Репнин, оставаясь на позиции и руководя непосредственно действиями своей дивизии, получил еще назначение заменять Петра в случае его отсутствия и принять начальство над всей боевой линией, если бы Шереметев был убит.

Левый фланг составили 12 батальонов дивизии генерала Алларта из полков гренадерского, псковского, сибирского, нижегородского, московского и ф. Дельдина, под прикрытием 6 полков конницы генералов князя Волконского и Беллинга и бригадира Бема, под общим начальством над всем левым флангом генерала от кавалерии князя Меньшикова. Артиллерия расположилась между полками под общим начальством генерал-лейтенанта от артиллерии Брюса.

Из 9 батальонов, оставленных в лагере, три и части сборных команд, под начальством полковника Головина, направлены были для занятия полтавского Крестовоздвиженского монастыря с назначением войти в связь с гарнизоном крепости Полтавы.

Шведы имели в это время 18 батальонов и 14 эскадронов; левый фланг состоял под начальством генералов Гамильтона, Крузе, Шпара и Штакельберга, под общей командой Левенгаупта; правый — под командой генералов Розена, Крейца, Лагеркрона и Щлиппенбаха, с королем впереди. Всеми войсками шведскими по прежнему командовал Реншильд. С целью охвата фронта и флангов противника, Карл XII посылает пехоту в одну линию ротных колонн с незначительными поддержками в таких же колоннах; кавалерия разместилась по флангам боевой линии.

Петр в мундире гвардейского полковника, в ботфортах и шарфе, со шпагой в 1 1/2 аршина длины, с эфесом, перевитым железной проволокой, разъезжал на своем коне по фронту выстроенной армии, ободряя полки, и отдавая последние распоряжения.

31

Осенив крестообразно шпагою полки, царь, обратившись к Шереметеву, сказал: "Господин фельдмаршал! Поручаю Вам мою армию и надеюсь, что в начальствовании оною поступите вы согласно предписанию вам данному, а в случае непредвиденном, как искусный полководец. Моя же должность надзирать за всем вашим начальствованием и быть готовым на сикурс во всех местах, где требовать будет опасность и нужда".


Носилки Карла XII

Шереметев просил Государя "поберечь его Священную Особу". "Оставьте это моему попечению" отвечал царь.


Качалка

32

В 9 час. утра первая линия русской пехоты двинулась вперед. Шведские колоны шли на встречу.

Желая воодушевить свои войска, Карл приказал нести себя перед батальонами своего правого фланга.


Полтавское сражение

Наступление русских прикрывал меткий огонь артиллерии, но шведы с чрезвычайной храбростью, упорно продолжали наступать, хотя ряды их расстраивались нашим губительным огнем. Шведская пехотная бригада отборных полков, воодушевляемая присутствием короля, яростно устремилась на батальоны московского, бутырского,

33

новгородского и шлиссельбургского полков, которые были в серых кафтанах и приняты были шведами за новобранцев.

Новгородский полк не выдержал стремительного натиска, был опрокинут и поддался назад; образовался прорыв между батальонами первой линии.

Петр В., следивший за боем, заметил это и, взяв из задней линии второй батальон преображенского полка, бросился на встречу шведам.

Здесь то, в пылу отчаянной битвы, сошлись великие противники лицом к лицу. Прибытие царя восстановило равновесие в этом пункте и послужило как бы сигналом к общей атаке со стороны русских по всей линии.

Сам царь подвергал себя страшной опасности: на него со всех сторон сыпались пули. Одна пуля попала ему в седло; другая прострелила шляпу, а третья повредила крест, висевший у него на груди.

Но не смотря на это, могущественный царь несся вперед; опасность не страшила его. Царственный полководец не щадил себя и десница Всевышнего хранила его, чтобы спасти Россию и наказать гордость "брата Карла", полагавшего стать Александром, но не нашедшего в Петре Дария. Через полчаса упорного боя шведы были отбиты. Тогда русские полки, не разрывая общей своей линии, охватили шведскую армию справа и слева.

И грянул бой, Полтавский бой!
В огне, под градом раскаленным,
Стеной живою отраженным,
Над павшим строем свежий строй
Штыки смыкает. Тяжкой тучей
Отряды конницы летучей,
Браздами, саблями звуча,
Сшибаясь, рубятся с плеча,
Бросая груду тел на груду,
Шары чугунные повсюду
Меж ними прыгают, разят,
Прах роют и в крови шипят.
Швед, русский — колет, рубит, режет...
Бой баранный, крики, скрежет...
Гром пушек, топот, ржанье, стон
И смерть и ад со всех сторон...

Петр летал по всему фронту своей армии, с одного фланга на другой и воодушевлял каждого.

Его глаза
Сияют, лик его ужасен,
Движенья быстры... Он прекрасен, —
Он весь, как Божая гроза.

Это и был тот знаменитый Полтавский бой, который решал участь двух армий и двух народов, в котором на весы судьбы

34

были брошены все силы и средства двух северных титанов, бой, в котором возможен был выбор только между победой и смертью. В эту историческую роковую минуту, когда все слилось в хаос стонов, смерти, огня и дыму, судьба, казалось, искала своего избранника, чтобы на челе, его начертать торжество победы и на вечные, затем, времена сохранить для грядущих поколений память о том величавом примере доблести и непоколебимой веры в силу любимого народа, какой царственный избранник явил при громе Полтавской битвы.


Сцена из полтавской баталии Н. Каразина

Во время этого страшного боя ядром были разбиты носилки Карла, и раненный король упал на землю. Между шведами тотчас разнесся слух о том, что король убит; полками овладело замешательство. Напрасно Карл XII приказывал поднять себя и посадить

35

на скрещенные пики, напрасно, обращаясь к своим солдатам, он кричал: шведы, шведы!... Напрасно в бессильной ярости он скрежетал зубами, бился головой и стучал больною ногою.... Вокруг себя он видел только полное расстройство своей когда-то победоносной армии.


Полтавское сражение

Бой шел отчаянный. Русские стояли с одинаковым мужеством, пехота билась на штыках, а на флангах кипело горячее кавалерийское дело. Груды трупов уже покрывали поле сражения и кровь лилась с обеих сторон. Потери были громадны. Всякий порядок среди

36

шведов исчез, полки перемешались, и солдаты бросились расстроенными толпами назад, в лес у села М. Будищи. Русские рубили направо и налево, забирали в плен знамена, офицеров, генералов и целые батальоны солдат.

Победа русских была полная. Беспримерное мужество шведского короля не могло уже воодушевить его редеющие полки. Под Карлом пали две лошади в качалке. Из 24 драбантов, окружавших его, остались в живых только трое. Возле Карла убит был историк его походов, генерал Адлерфельд и со смертью его как бы оканчивалась история шведского короля. Увидев бегущих шведов, Карл лишился чувств. В беспамятстве его посадили на лошадь, но и эта лошадь была убита. Тогда спас короля тяжело раненный Гиерта, отдавший ему свою лошадь. "Спасите только его!" вскричал Гиерта, со слезами поцеловал руку короля и тут же пал под ударами казаков. Короля едва увезли с поля сражения, что было делом Понятовского, доставшего с трудом карету в уцелевших остатках обоза.

Так закончился Полтавский бой.

      

Глава IV.

По окончании сражения, русские военачальники окружили своего Венценосного вождя.

Петр, увидев их, преклонил перед ними свой меч и сказал: „Здравствуйте, сыны отечества, чады мои возлюбленные!... Потом трудов моих родил вас; без вас государству, как телу без души, жить невозможно. Вы, имея любовь к Богу, к вере православной, к отечеству, славе и ко мне, не щадили живота своего и на тысячу смертей устремились небоязненно. Храбрые дела ваши никогда не будут забвенны у потомства".

На это приветствие Петра, ответил генерал-поручик кн. Голицын: "Мужественной крепостью от Господа Бога утвержденный благочестивейший Государь!... Кто тебя достойно восхвалить может? В тебе утвердилось сердце наше. Ты остротою разума, храбростью и смыслом учения всех нас обогащаеш?".

В это время были приведены пленные генералы — Гамильтон, Штакельберг, принц Виртембергский и др. Прибыл затем Меньшиков. Государь благодарил его за службу, поцевловал его несколько раз в голову.

Меньшиков, тронутый вниманием своего монарха, сказал: "Аще бо Моисей, вождь Израилев, не предстал пред Богом в молении за согрешимый народ свой, погиб бы оный, аще бо и ты в самое лютейшее время, в кое неприятель новгородского полка первый батальон сбил и отрезал левое крыло от главной армии, на котором и я с

30

кавалерией находился, не предстал и не сомкнул фронта армии, не щадя живота своего, то равно бы мы все погибли. Сам Господь Бог тебя, помазанника своего, на сие подвигнул, с тобою сражался и увенчал подвиг сей толикою победой".


Петр объезжает войска

Затем Петр, в сопровождении своих сподвижников, объезжал войска, благодарил их за службу.

А в это время была приготовлена походная церковь, где, после объезда, было отслужено благодарственное молебствие. По окончании его, прогремели три пушечных залпа и Великий Победитель расположился

38

со своими сподвижниками в шатрах, где был приготовлен обед. К столу были приглашены пленные генералы, в том числе Пипер, первый министр, и главнокомандующий фельдмаршал Реншильд. Петр, увидев последнего, спросил о Карле. Фельдмаршал очень взволнованный, со слезами на глазах ответил: "не знаю, Ваше Величество, где он"!... Петр утешал взволнованного воина, крепко пожал ему руку и возвратил ему шпагу. "Я желаю, сказал Петр, что бы вы хранили ее у себя в знак почитания моего к вашей храбрости и верности к Государю своему". Шпаги были возвращены и другим военачальникам.


Пипер

После, этого, все были приглашены к столу. "Вчерашнего числа, сказал Петр, брат мой король Карл просил вас в шатры мои на обед и вы по обещанию в шатры мои прибыли, а брат мой король Карл ко мне не пожаловал, в чем пароля своего не сдержал. Я его весьма ожидал и сердечно желал, чтобы он со мною в шатрах моих обедал. Но когда Его Величество не соизволил пожаловать ко мне на обед, то прошу вас в шатрах моих отобедать".

Во время обеда, Петр, подняв кубок, провозгласил: "Пью за здоровье моего брата Карла", а после этого, поднял тост за своих учителей. "Кто же эти учителя", спросил Реншильд. "Вы, господа Шведы" ответил Петр. "Хорошо же, Ваше Величество, отблагодарили своих учителей", добавил Реншильд.

39


Петр поднимает кубок за здоровье учителей

Пирует Петр. И горд и ясен
И славы полон взор его,
И царский пир его прекрасен.
В шатре своем он угощает
Своих вождей, вождей чужих,
И славных пленников ласкает,
И за учителей своих
Заздравный кубок подымает.

Упоенный победой, Петр только вечером отправил князя Голицына и Бауера преследовать неприятеля. На следующий день, рано

40

утром Петр совершил погребение павших воинов. В этот же день Петр В., отправив Меньшикова для преследования шведов, поехал в Полтаву.

При въезде в город, Великого Победителя встретил храбрый комендант Келлин, приветствовавший его следующей речью: "Вниди, храбрейший Александра, милостивейший Веспасиана, премудрейший Соломона, Благочестивейший Великий Государь, Царь и великий князь Петр Алексеевич!. Мафусаиловых тебе лет жития и Августово обладательство от Бога желаем".

Петр, выслушав это приветствие, сошел с лошади, несколько раз поцеловал коменданта и сказал: "Почтенная глава, совершившая преславный подвиг, надежда на тебя не обманула меня".

Это происходило на месте, где ныне находится памятник, сооруженный в столетие Полтавской битвы. После этого, Государь снова сел на лошадь и, сопровождаемый населением города, направился в церковь Спаса Нерукотворного Образа, где был отслужен молебен. "Невозможно, говорит Голиков, описать восторга населения, при виде возлюбленного и толико милостивого к ним Государя, соединившего свои с их радостными слезами". Затем, Государь посетил раненых и больных, осматривал валы, много расспрашивал Келлина об осаде, еще раз благодарил его за честно исполненный долг и поздравил его с генеральским чином. Кроме этого, пожаловал ему медаль на золотой цепи и 10 тыс. рублей. Награждено было и духовенство деньгами и шелковыми материями. Полтавский гарнизон, столь геройски выдержавший осаду, получил в награду годовое жалованье, серебряные и золотые медали.

Число пленных, взятых под Полтавой.

Первый министр и королевский советник граф Пипер тайный советник; кавалерский секретарь Цедергельм, секретарь Дибек, канцеляристов 2.

Генералов: Реншильд, Шлипенбах, Розен, Штакельберг, Гамильтон, полковников 4, капрал от драбантов 1, подполковников 7, майоров 4, ротмистров 16, капитанов 18, драбантов 5, поручиков 59, корнетов и прапорщиков 61, адъютантов 5, полковых квартирмейстеров 6, итого штаб и обер офицеров, кроме генералов 186, урядников и рядовых 2587, всего штаб и обер офицеров, урядников и рядовых 2773. К этому числу надо прибавить 85 ч. нестроевых, как: крикс-комисара, крикс-фискала, камергера, квартирмейстера, духовника, врачей и прислуги, трубачей и т. п. Всех пленных 2858.

      41     

Глава V.


Бегство Карл XII и Мазепы

Карл XII, разбитый на голову, бежал с поля битвы и в час пополудни достиг своего обоза, где нашел уже раненных Мойрфельда, Перта и др. Явился к Карлу и Мазепа. Больного, сильно страдающего Карла сняли с лошади и внесли в шатер. "Где Реншильд?" спрашивает Карл — "В плену" отвечают ему — "Где Пипер?" "В плену", отвечают. Еще спрашивал о многих, и все тот-же ответ. "Вперед!.." вдруг сказал Карл, рассчитывая, быть может,

42

еще вступить в бой с русскими; но стекавшиеся сюда отряды пораженного войска разоряли эту мечту храброго короля. Он призадумался. Является Мазепа и упрашивает короля бежать и притом как можно скорее.


Бегство Карла XII и Мазепы

"Позвать Левенгаупта!..." закричал король. Ну, что нам теперь делать? спрашивал Карл явившегося Левенгаупта. — "Ваше Величество" отвечал он, остается поступить так, как сделано было под Лесным: бросить все тяжести, артиллерию, провиант, амуницию;

43

распределить лошадей между воинами, сколько кто может взять, остальное все сжечь и уходить как можно скорее. "Русские скоро будут здесь".

Совет этот не понравился королю, ему тяжело было вспомнить о постигшей неудаче под Лесным, но Мазепа, а с ним и другие военачальники еще настойчивее начинают его упрашивать бежать. Отважный король долго не соглашался, доказывая, что бегство постыдно, что лучше биться с врагом до последней крайности, но наконец уступил настойчивым просьбам и дал приказ забирать с собою весь багаж и артиллерию и двигаться вниз вдоль Ворсклы. Король все еще не терял надежды возобновить бой, присоединив к себе отряды шведского войска, расположенного в м. м. Новых Сенжарах, Беликах, Кобеляках и Соколках. К вечеру Карл двинулся в поход, ехал он в коляске Мейерфельда. На другой день, рано утром король достиг Новых Сенжар. Больная нога давала себя чувствовать и королю была сделана перевязка, после которой он крепко заснул. Но сон его был непродолжителен, его скоро разбудили.

"Русские гонятся за нами, Ваше Величество, сказали ему". Прикажите следовать далее!

"Делайте, что хотите!" отвечал он. Генерал Крейц велел тогда сжечь багажемент, лошадей раздать пехоте и, захватив с собой самое необходимое, двигаться в дальнейший путь, направляясь к Переволочне, где запорожцы обещали переправить шведов на правый берег Днепра, в турецкие владения. Шведы спешили, так как им известно было, что русские гонятся за ними и, действительно, еще накануне Меньшиков выступил из Полтавы. У Карла сломалась коляска, его посадили на лошадь. К вечеру, 29 июня, король достиг Переволочны. Надо было подумать о переправе. Карл не терял еще надежды. "Пусть только увидят меня солдаты верхом на коне, они станут сражаться также храбро, как и прежде" говорил он.

"Нет, Ваше Величество!" ответил Гиленкрок. Если неприятель явится, то многие наши солдаты или положат оружие, или бросятся в воду, чтобы спасти свою честь".

Сподвижники Карла, видимо, лучше знали состояние шведской армии, знали о том, что в войске был беспорядок, что оно совсем упало духом, что не было пушек, не было ядер, а порох был подмочен. Вот потому-то они так настойчиво убеждали короля спасаться.

Мазепа стал умолять короля, как можно скорее переправиться через Днепр в турецкие владения. Уговаривал и Левенгаупт, ставший на колени пред королем: "Всемилостивейший Государь!.. дозвольте спасти Вашу особу, пока еще возможно. Если неприятель сюда явится, то всех нас истребит или в плен заберет!".

44


Карл XII у Переволочны

"Нет, нет, ни за что! говорил с жаром король: не покину своих солдат! Вместе будем обороняться, вместе погибнем".

"Невозможно, говорил Левенгаупт: — солдаты, видимо, упали духом, местоположение здесь неудобно для обороны. Повторяю: нас непременно или истребят, или в плен заберут. Бог поставил Ваше Величество правителем народа и Вы должны будете отдать Богу отчет за него. Если спасете Вашу особу, то найдете еще способ спасти отечество и всех нас, своих несчастных поданных. Если же попадете в неприятельские руки, тогда все пропало!..

45

"Я, сказал решительно король, согласен скорее попасть в неприятельские руки, чем умышленно покинуть войско!".

Явился Гиленкрок и поддержал Левенгаупта.

"А что будет со мною, если русские возьмут меня в плен?"... спрашивал король.

Гилленкрок сказал: "Сохрани нас Бог от этого!... Но если бы такая беда нас постигла, то русские влачили бы вашу особу с триумфом по своей земле и вынудили бы от Вас унизительные для Швеции условия".

На это Карл сказал:

"Шведы не будут обязаны соблюдать условия, вынужденные от меня насилием".

"Вы сами, сказал Гилленкрок, не предадите себя такому бесчестию и не подумаете о своих верных подданных, чтобы они нарушили обещания, данные их королем, хотя бы вследствие насилия".

Карл вдруг опомнился и сказал:

"Господа, не верьте тому, что я сейчас говорил!".

Генералы принялись снова его уговаривать, и Карл уже не возражал им, а порывисто произнес: "Господа, оставьте меня в покое"!. Генералы его оставили. Но вскоре явился Крейц и начал также убеждать короля скорее переправиться на тот берег. Подействовали ли речи Крейца, или сам король не видел другого исхода, но он уже решился переправиться через Днепр. Первым переправился Мазепа, которому надо было спешить и позаботиться о своем спасении, не дожидаясь результата переговоров с королем. Он успел захватить с собой два бочонка с золотом.

После, переправы Мазепы, Карл назначил Левенгаупта командующим оставшейся в пределах России армии, а с собою взял генералов Шпарре, Лагеркрона, Гилленкрока, полковников Герда, Гиерда, Дальдорфа и Гротгузена, несколько писцов и служителей. Помимо этого, для прикрытия взял он 1110 чел., не принимавших участия в полтавском сражении. Многие офицеры и солдаты заранее успели переправиться, так что во всей военной силе, сопровождавшей короля, было от двух до трех тысяч.

Переволочна в то время представляла дымившиеся развалины, так как Петр за несколько дней до битвы, желая предупредить всякую возможность переправиться через реку, приказал уничтожить лодки, суда, а сам город сжечь.

Шведы для переправы нашли где-то паром, а другие ломали телеги, бросали доски в реку и, ложась на них, пытались переправиться на тот берег. Не мало погибло бы их, если бы не Запорожцы, оказавшие им помощь. Карл XII переправился после Мазепы. С ним было много денег и серебряный столовый прибор.

46


Карл XII переправляется через Днепр

Меньшиков гнался за шведами, с ним было 9000 конницы. На другой день после переправы, Левенгаупт вместе с Крейцом старались привести в порядок войско, как вдруг разнеслась вест о прибытии русских. "Генерал, уже поздно!, говорит Крейц Левенгаупту: русские стоят на возвышенности и прислали к нам с требованием сдачи!" — Это и был Меньшиков. Начались переговоры. Левенгаупт созвал военный совет. Оказалось, что из 13—14 тысяч шведского войска тысяч пять больных, раненых, негодных к бою.

47

"Поезжайте, сказал Левенгаупт полковникам, по своим частям и спросите солдат, будут ли они драться" — Нарочно тянули время, чтобы дать возможность королю подальше отъехать. Убедившись в полном расстройстве армии, в упадке в ней дисциплины, Левенгаупт послал сказать, что он сдается. Таким образом значительные остатки могущественной когда-то шведской армии сдались в плен. Всех пленных было более 16 тысяч.

"И тако, извещал Петр Ромодановского, вся неприятельская армия нам, через помощь Божью, в руки досталась, которою в свете неслыханной викторией поздравляем и ныне уже без сомнения желание еже резиденцию вам иметь в Петербурге совершилось через сей упадок конечной неприятеля."

Сдача в плен происходила 30 июня. На следующий день прибыл в Переволочну сам Государь. Узнав о переправе Карла, Петр отправил генерал-майора князя Волконского и бригадира Кропотова преследовать Карла. Но цель не была достигнута. С неимоверными усилиями и всякого рода лишениями Карлу удалось достигнуть Бендер, где очаковский паша дал ему приют. Туда же прибыли Мазепа, Понятовский, Орлик и др.

Много досталось победителям добычи, не говоря о массе разного рода оружия, досталось им и деньгами до 400000 рублей, не считая 300 тысяч, взятых из сокровищ Мазепы. При разборе вещей нашли несколько икон, обращенных шведами в шахматные доски. Петр в виду всего войска приложился к ним и поклонился до земли. Одна из таких икон хранится в церкви с. Жуков.

Так закончилась борьба Карла XII в Малороссии погромом его армии под Полтавой и сдачей ее в плен при Переволочне после капитуляции шведов.

4 июля Петр отправился в Полтаву. Слух о победе быстро распространился далеко по окрестностям Полтавы, и тысячи народа явились в город. Образовалась целая ярмарка на местности кременчугской и зеньковской дорог. Государь отслушал благодарственный молебен и затем объявил награды. Меньшиков получил чин фельдмаршала, четыре генерала Репнин, Брюс, Алларт и Ренцель пожалованы были орденом Андрея Первозванного. Голицыну пожалованы деревни, Головкин сделан канцлером. Не забыл Петр и малороссийское войско. Гетман Скоропадский получил портрет Государя, осыпанный бриллиантами, старшины получили золотые медали, а казакам дано было в награду 200 тыс. рубл. Словом все принимавшие участие в бою получили кто следующий чин, кто деревни, кто награду деньгами и т. д.

Генералы, штаб и обер-офицеры просипи в свою очередь Государя принять высший чин в армии, но Петр отказался и согласился

48

на принятие только следующего чина генерал-поручика армии и контр-адмирала флота. Интересно письмо Петра к Ромодановскому, служащее ответом по поводу его производства в новый чин.


Сдача войск при Переволочне. 0000031

49

"Вашего Величества, милостивое писание нам и указ господину фельдмаршалу Шереметеву от которого чин третьего флагмана во флоте и ранг старшего генерал-лейтенанта на земле мне объявлен и хотя я еще столько не заслужил, но точию ради единаго вашего благоутробия сие мне даровано, но молю Господа сил, дабы помог такую милость впредь заслужить".

И это пишет Государь, распоряжения которого во время Полтавской битвы носят, как говорит военный писатель барон Медем, отпечаток военного гения. По словам этого писателя, искусное отступление кавалерии, которая навела неприятеля на наши батареи, выбор момента для отправления Меньшикова против Розена, мысль выйти из лагеря на встречу неприятелю и многое другое необходимо приписать военному искусству самого Петра.

10 июля Государь вторично посетил Полтаву и направился к Келлину, где обедал, а затем вторично осматривал вместе с Реншильдом, укрепления города. "Странно, сказал Петр Реншильду, в столь долгую осаду вы не могли овладеть этою слабой крепостью"!... "Причины этому, ответил фельдмаршал, наш недостаток в военных снарядах, а с другой, примерное мужество осажденных".

Какое же историческое значение этой "преславной виктории", как называл ее Петр Великий?

Полтавской битвой, как известно, не окончилась война со шведами. Пребывание короля в Бендерах вызвало войну с Турцией, но и по заключении мира с Турцией война со шведами продолжалась еще 10 лет. Но в эти годы, успехи русского оружия являются плодами Полтавской победы. Полтавская битва была решительным моментом во всей этой борьбе; она то привела к столь выгодному для России Нишдатскому миру, в 1721 году. Швеция, сильная в течение двух столетий, потеряла на полях Полтавских свое преобладающее политическое значение на севере, которое перешло к России.

"Ныне, писал Петр В. графу Апраксину, уже совершенно камень в основание Петербурга положен с Божьею помощью", разумея под этими словами один из вернейших для дальнейшего роста, развития ни просвещения России результатов, завоеванных на полях полтавских. Россия утверждается с этого времени на берегах Балтийского моря, входит в частые общения с западом, пользуется плодами его культуры. Не будет ошибкой, если скажем, что полтавской битвой окончательно прорублено окно в Европу. Таким образом, полтавская битва не только имеет важное политическое значение, но она была и победой европейского просвещения.

Известный ученый и философ Лейбниц, предсказывавший после нарвского поражения, что Карл XII покорит Россию до Амура,

50

теперь называет полтавскую битву "достопамятным событием в истории и полезным уроком для позднейших поколений". "Напрасно, писал он, опасались чрезмерного могущества царя, называя его турком севера. Никто не станет препятствовать ему в деле просвещения своих подданных. Что касается меня, то я очень рад водворению в России разума и порядка". Вольтер говорит, что полтавская битва есть единственное сражение в истории новых времен, следствием которого было не разрушение, а счастье человечества.

Приведем еще отзыв нашего великого поэта Пушкина: "Полтавская битва есть одно из самых важных и самых счастливых происшествий царствования Петра Великого. Она избавила его от опаснейшего врага, утвердила русское владычество на юге, обеспечила новые завоевания на севере и оказала государству успех и необходимость преобразования, совершенного царем".

Полтавская победа дала простор Петру в деле внутреннего преобразования России. Петр В., начиная войну с сильной державой, должен был созидать войско, обучать его и в то же время изыскивать для этого средства. Отсюда появление в России многих фабрик, заводов, поднятие торговли, промышленности и преобразование правительственных учреждений. Народная масса в невежестве своем не сознавала и не понимала значений этих реформ, полтавская битва разоряла это недоверие и убедила население, насколько Великий Преобразователь трудился для его же блага. А неудовольствие против реформ Петра было большое. Известный Джон Перри, восхваляя Петра и полтавскую победу, замечает, что при неудачном исходе этого сражения, это неудовольствие росло бы.

Таким образом, нельзя не видеть внутренней связи между полтавской битвой и реформами. По этому, она и явилась гранью между старой Русью и новой, преобразованной великим царем. И после Ништадскаго мира мы встречаем термин не "Московская Русь", а "Российская империя", фундаментом которой и явилась полтавская битва. При громе полтавской победы, говорит историк С. М. Соловьев, родился для Европы, для общей европейской жизни, новый, великий народ; но и не один народ: при громе этой битвы родилось целое, новое племя, племя славянское, нашедшее для себя достойного представителя, при помощи которого могло подняться для сильной и славной исторической жизни". В европейской истории наступила новая эпоха.

Малая Россия, так долго боровшаяся с Польшей из за сословных и религиозных интересов, начала с этого времени сливаться с Россией, что в свою очередь сделало вопросом времени участь з- России, тесно связанной с судьбою Польши. Помимо этого, Россия сделавшись великою державою, явилась покровительницей и заступницей многих своих единоплеменников и стражем православия.

51

Правы были Петр I и Екатерина I, которые в последующие годы, поздравляя друг друга с днем полтавской победы, называли ее "русским воскресеньем", "началом нашего спасения", "началом нашего благополучия".

На западе Европы полтавская победа произвела сильное впечатление. Людовик XIV искал союза с Петром, обещая свое содействие в деле завоевания Балтийского побережья, а целью Людовика было ослабить английскую торговлю. Ганноверский курфюст изъявил желание отказаться от союза со Швецией и примкнуть к России. Прусский король Фридрих I искал сближения с русским царем и имел свидание с ним в Мариенведере. Дания выражала тоже желание сблизиться с Россией и прислала уполномоченного Ранцау с поздравлением. Заметим еще, что положение наших резидентов при иностранных дворах изменилось к лучшему: голос их, как представителей великой державы, имел уже значение.

Таковы результаты полтавского боя. Успеху его способствовали меры, принятые Петром в нравственном и материальном отношении. Нравственная подготовка выражается бессмертным его Приказом и его отношением к войскам до боя и во время боя. В этом случае, история военного искусства, говорит военный историк Масловский, не может оставить без сравнения примеры Дмитрия Донского перед Куликовской битвой и Петра В. перед полтавской победой. Оба полководца в этих двух случаях являются инициаторами исторически решительных сражений при весьма невыгодных условиях обстановки. Оба верховные предводители, кроме материальных средств, прибегают к поднятию нравственных начал войска, затрагивая одни и те же стимулы, вызывающие войска на высшее самоотвержение1). И, в 1380 и в 1709 году нравственные стимулы, возбужденные военными полководцами, одни и те же: отечество, церковь, вера православная и преданность верховному начальнику — Царю. Оба державные вожди показали и личный пример самоотвержения.

1) "Ведайте, говорил Д. Донской на военном совете, что я пришел сюда не за тем, чтобы на Олега смотреть или реку Дон стеречь, но дабы русскую землю от пленения и разорения избавить или голову свою за всех положить: честная смерть лучше плохого живота. Лучше бы мне не идти против безбожных татар, нежели, пришед, ничто сотворив, возвратиться вспять. Ныне же пойдем за Дон и там или победим и все от гибели сохраним, или сложим свои головы за святые церкви, за православную веру и за всю братию христиан".

Материальная подготовка полтавской победы до самого сражения состоит в устройстве укреплений и в средоточении значительных сил ко дню сражения. Петр, действуя небольшими отрядами и беспокоя армию Карла мелкими нападениями, избегал решительного боя с Карлом до последней крайности и этим сохранил свою армию до полтавского сражения. Ничто так раздражительно не могло влиять

52

на решительный и энергичный характер шведского короля, как подобный осторожный, но настойчивый образ действий Петра. Подготовка самого поля сражения построением на нем линии передовых редутов и обеспечение себе пути отступления сделали Петра В. хозяином боя, и Карл ХII вынужден, был, благодаря этому, действовать так как желал его противник. Личное мужество и находчивость Петра, выразившиеся в своевременной поддержке расстроенного новгородского полка, довершили победу.

53

      TOГО ЖЕ АВТОРА      
(ПО АРХИВНЫМ ДАННЫМ)

К истории полтавского дворянства, т. I 277+XLI и т. II 300+XVII. Ц. 3 р., со многими рисунками.

Полтава в XIX столетии вып. І — генерал-губернаторство кн. Куракина, вып. II — генерал-губернаторство кн. Лобанова-Ростовского и Репнина и вып. III — эпоха последних генерал-губернаторов. Ц. 1 вып. 75 к., 2 и 3 — по 50 к. Исторический очерк Петровского Полтавского кадетского корпуса 1840—1890 r.r. Ц. 1 р. 50 к.

Приходские училища в Малороссии м причины их уничтожения. Ремесленное училище в Чернигове сто лет назад. И. П. Котляревский; биографический очерк, со многими рисунк. Ц. 25 к. Участие Котляревского в формировании малороссийских казачьих полков.

К биографии И. П. Котляревского. К истории Шведской могилы. Пожертвование И. С. Судиенка, его завещание, со многими рисунками. Ц. 25 к.

К истории Малороссии во время генерал-губернаторства Н. Г. Репнина (очерки, материалы, переписка). Заботы кн. Репнина о полтавском театре и о выкупе артиста Щепкина. Статистические данные о полтавской губернии в 1804 г. Малороссийское казачье ополчение в 1812 г. Первая губернская сельско-хозяйствен. выставка в Полтаве, в 1837 г. Кн. Репнин в его отношениях к дворянству из-за винной монополии и Д. В. Кочубей.

Из далекого прошлого полтавской семинарии (бытовой очерк). Проект устройства общества от градобития, в 1834 г.

К истории еврейских земледельческих колоний во второй половине XIX в. О переселении полтавских казаков на Черноморье и Тамань в начале XIX в.

К истории Густынского монастыря. К истории винокурения в Малороссии. К вопросу о переводе Ильинской ярмарки в Полтаву. О распространении в Малороссии произведения Шевченка "Живописная Украина". Статистика еврейского населения в полтавской губернии со времени ее учреждения и о черте оседлости. Губернатор Тутолмин, кн. Репнин и Губернское Правление.

54

С требованиями просят обращаться к Ивану Францовичу Павловскому (Полтава, Кузнецкая, 48). Там же "Битва под Полтавой, 27 июня 1709 г.", с 129 рисунками и 4 планами (рисунки извлечены из И. П. библиотеки, Академии Художеств, Артиллерийского Музея, Стокгольмского королевского архива, Румянцевского Музея, М. Оружейной Палаты и др. Цена 2 р. (высылается наложенным платежом).

Разрешено к приобретению в библиотеки кадетских корпусов, средне-учебных заведений М. Н. П. (мужских и женских), бесплатных народных библиотек и читален и в библиотеки воинских частей.

Ссылки на эту страницу


1 Библиография И. Ф. Павловского
[Бібліографія І. Ф. Павловського]
2 Голицын, Михаил Михайлович
[Голіцин, Михайло Михайлович] (1675–1730), российский генерал-фельдмаршал, князь
3 Записки и труды
[Записки і праці] - пункт меню
4 Исторические и краеведческие издания
[Історичні та краєзнавчі видання] - пункт меню
5 Книги
[Книги] - пункт меню
6 Павловский, Иван Францевич
[Павловський, Іван Францевич] - пункт меню
7 Пипер, Карл
[Піпер, Карл] (1647-1716), шведский государственный деятель
8 Полтавская битва 1709 г.
Полтавская битва 1709 г.
9 Полтавская битва и её памятники
[Полтавська битва і її пам'ятники] - пункт меню
10 Указатель книг и статей по названиям
[Покажчик за назвами] - пункт меню

Если Вы хотите поддержать сайт

Карта ПриватБанка:
5168 7556 1759 9598

WebMoney:

UAH

U424759725951

RUB

R595618315667

USD

Z159829102497

EUR

E256443352919